Журналист Onliner.by Николай Козлович: белорусов научили думать, что «совок» в делах и в головах — это нормально

17 292
09 сентября 2014 в 8:30
Автор: Дмитрий Корсак

Журналист Onliner.by Николай Козлович: белорусов научили думать, что «совок» в делах и в головах — это нормально

Автор: Дмитрий Корсак
Николай Козлович — журналист раздела «Люди» Onliner.by. Ежемесячно корреспонденты Onliner.by посещают более полусотни населенных пунктов в стране и за рубежом, общаются с сотнями людей — как профессионалами своего дела, так и свидетелями или участниками событий. Это позволяет порой видеть окружающий мир немного шире, проводить параллели, сравнивать и анализировать. Мы уверены, что эти наблюдения могут быть интересны и полезны читателю, и поэтому решили: в рубрике «Мнения» право голоса имеют и наши журналисты.
Купил дочке игрушку — коня. Время грядет духоподъемное, пусть учится останавливать на скаку. Конь был белорусским, импортозамещающим, правильным. Стоил 300 тыс. рублей, а склепали его в городе Ж. Так и сделали, как вы подумали: примерялись, ухнули, жмякнули.

К изделию требовалось прибить два полоза-доски. В комплекте шло четыре болта, под них в полозьях работяга просверлил дырки в произвольных местах, как рука пошла. Я выматерился, с трудом коня собрал и подумал о том, что из маленькой дырки обычно получается дыра большая. А если применительно к промышленности страны, то и слово из четырех букв, первая из которых приведена выше, может сложиться. Но речь сегодня не об МТЗ, а о мелочах.

Один мой приятель редко бывает за границей. Не ел митболов, не спал в машине на Варшавском мосту — не видел жизни. Ему повезло, потому что он не знает, что в деревне Нагс-Хед, штат Северная Каролина, на прилавке местного сельпо лежат пять вариантов алмазных точилок для ножей. Приятель привык пользоваться бруском, и его жена привыкла, и дети их будут точить ножи отечественными брусками, четко обозначая свою принадлежность к цивилизации, не познавшей радости приятных мелочей.

Другая цивилизация, например, просочилась в наши края с «МакДональдсом» и «Икеей». Я не очень люблю фастфуд и масс-мебель, но мне приятно, что кто-то пытается детально подсчитать калории в бургере и пишет десятистраничные инструкции по сборке настольной лампы. Когда на въезде в польскую Беловежу дают охапку карт и инструкций, это тоже мелочь. Зонтик для гостей отеля, букет у унитаза, бесплатная тарелка с хлебом — мелочи. А какой пустяк та самая дефицитная в пост-СССРе улыбка. Соединяясь воедино, необязательные мелочи формируют ткань и основу жизни. Называйте это потребительским обществом — все равно не обидно.

Обидно вот когда. Дело было в Браславе. При дороге стояла будка, а в будке сидела женщина, призванная помогать туристам. Ливень, мы попросили карту с турстоянками. Властительница будки насупилась, велела ковылять на улицу и подождать, пока она не закончит принимать товар. Мелочь ведь — всего 10 минут под дождем.

То, что в автобусах при жаре 35 градусов нет кондиционеров, а двигатель как вулкан, тоже мелочь. Убрали киоски, поди отыщи минералку — мелочь. Держать качество всей партии, а не только выставочных экземпляров — ну ей-богу. Таможня подкорректировала правила провоза товаров через границу и удосужилась внятно разъяснить их лишь на 11-й день — совсем ерунда. А уж какой пустяк, если вас пошлет продавщица, или сантехник, или установщик стеклопакетов, или еще какой парень с жетоном и корочкой — знай, где родился, так тут принято.

Сплетаясь в удавку, оставшиеся в наследство от совка мелочи формируют у большинства белорусов ложное и ущербное представление о том, что так быть и должно.

Об этом, собственно, и хотелось напомнить, потому что после российского запрета на пармезан ментальная война мелочей началась и у нас. Казуистика пропаганды безжалостна, и если мы воспринимаем «западную» мелочь как синоним детали, важного штриха, элемента, то нам говорят, что это всего лишь ничтожное обстоятельство, блажь, дурь. В районном магазине, пускай и плохоньком, всегда найдется тушенка и кусок хлеба — к лешему твой горячий багет из ГМО, пишет один читатель-белорус. А второй добавляет: в лесу близ чудесного озера Свитязь растет лопух, если уж тебе, мелочный ты автор, неприятно посещать вонючее очко. А рядом с лопухом можно постелить кожух, съесть черницы, любоваться закатом, утром умыться росой — и никаких не нужно кемпингов, гостиниц и иных притонов от варшавского обкома.

Я бы ответил, что портрет без деталей остается мазней, а жизнь без раскрашивающих ее мелочей схожа по ощущениям со вкусом сена, которое жует корова. Но на дальнейшие рассуждения лимит вышел — конь мой из города Ж. расшатался, бегу за молотком. Глубинный смысл необустроенности, конечно, в этом и заключается — на сторонние вопросы времени у трудящегося оставаться не должно.

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. db@onliner.by