Пляжный патруль: власти взялись за места купания. Мы понаблюдали за непростой реакцией отдыхающих

 
395
30 июля 2014 в 12:00
Источник: Андрей Рудь

Группы людей в форме и чиновничьем «деловом стиле» весьма массово вышли на патрулирование берегов. Ранее никогда такого не было. На эту работу мобилизованы милиционеры из очень разных подразделений, представители прокуратуры и местных администраций, ОСВОД, учителя. Людей, которые десятилетиями купались там, где им нравится, ставят перед фактом: здесь купаться запрещено. Ясно, что появление таких команд мало кого оставило равнодушным. Тем более что теперь они не просто «проводят профилактические беседы». За купание в запрещенных местах начали составлять реальные протоколы.

В недрах Кодекса РБ об административных правонарушениях есть статья 23.63: «Купание в запрещенных местах рек, озер или иных водоемов влечет наложение штрафа в размере от одной до трех базовых величин». Ну, мало ли там неработающих статей... Но вызвать из небытия именно эту заставили несколько кричащих случаев гибели детей в воде, а также тонущие в еще бóльших количествах взрослые. Всего с начала года — более сорока погибших (пока готовился репортаж, число могло измениться).

— Только сегодня составили три протокола за ненадлежащее воспитание, — сообщает младший участковый Дмитрий Пискунов, пока по каким-то ямам едем к затону Сожа.

— Там типичная ситуация: дети в воде плещутся, а взрослые где-то вдалеке лежат, даже не смотрят, — объясняет старшина Виталий Каребо. — Вот как им доказать, что достаточно секунды?..

Вообще-то, после того как утонули несколько детей, облисполком выступил с идеей запретить их нахождение у воды без взрослых. Многие тогда терялись в догадках:  как технически реализовать эту блестящую задумку? В любом случае решать проблему пришлось участковым и патрульным.

На сей раз в экипаж входит старший помощник прокурора Гомеля Кирилл Вышняков: прокуратура также вовлечена в эту кампанию.

С учетом вечера среды народа относительно немного. Группа отдыхающих расположилась под надписью «Купаться запрещено». На милиционеров и работника прокуратуры смотрят с некоторым удивлением. В воде никого нет, но собравшимся лишний раз рассказывают о том, что можно и чего нельзя. Те кивают.

Следующая остановка у протоки в районе 72-й школы. Красивейшее место, духовность бьет через край. Зимой неподалеку провалились под лед трое школьников, двое из них утонули.

Несмотря на жару и пейзажи, купающихся нет. Возможно, это результат предыдущих милицейских визитов. У воды нежно розовеют два гражданина. В народе таких привыкли называть «бывший интеллигентный человек». На их фоне отдыхающие играют в бадминтон. Тут грех не играть: место очень красивое.

Некоторое время уходит на оформление лежащих. Формальная причина задержания — нахождение в общественном месте в нетрезвом состоянии. Ждем «бобик» для доставки в отделение. В процессе переписывания данных выясняется, что один из мужчин зачем-то назвался не своим именем. Это звоночек: выяснять детали будут в отделении.

Следующее на очереди так называемое Бурое болото — одно из самых больших, глубоких и живописных озер Гомеля.

Загнав машину на берег, компания жарит шашлыки, играет в карты, рядом пасется симпатичная овчарка. Спиртного (по крайней мере, «на поверхности») не видно.

При виде подошедших людей в милицейской и прокурорской форме женщины быстро и с готовностью заводятся — голоса становятся выше, громче, трагичней. Хотя каких-то особых претензий Пискунов и Каребо еще не предъявляли. Одна из дам в сердцах принимается заливать мангал газировкой. Та присоединяется к общему настроению: возмущенно шипит и поддакивает на углях. Милиционеры терпеливо и даже с каким-то интересом слушают этот самоподдерживающийся поток слов, ожидая, пока женщины выговорятся. Мужчины из компании относятся к происходящему как-то поспокойней, с тревогой поглядывают на слабый пол. Наконец образуется короткая пауза.

— На собаку — намордник, машину — на асфальт, —  успевает сформулировать требования младший участковый. — Купаться здесь нельзя.

Неподалеку находится еще один популярный водоем, который, по разным версиям, именуется не то Буденновским ручьем, не то водоотводящим каналом.

Внимание милиционеров привлекают трое пацанов лет 13—14 на вид. Они-то чем провинились? Оказывается, проблема в том, что пришли купаться без взрослых.

Понятно, что школьники, которые, судя по всему, впервые имеют дело с милицией, не ожидали такого поворота, расстроены. Их будущее на ближайшие пару часов не слишком радужно:

— Доставим в отделение, свяжемся с родителями, передадим из рук в руки. Возможно, на взрослых будут составлены административные протоколы за ненадлежащее воспитание... Зато эти трое точно не утонут. И друзьям расскажут.

По словам милиционеров, одно из самых популярных объяснений купания на таких диких пляжах — «я сюда 15 лет хожу».

— Но ведь это действительно так. Человек сюда с детства ходил, никого не трогал — и внезапно появляетесь вы с протоколами.

— Вопросы к законодателям. Мы исполняем.

Другой экипаж, другой день — тот же канал за Ледовым дворцом.

Милиционеры из-под руки смотрят на курсирующего вдоль берега мужчину. Причаливать он на всякий случай опасается.

В конце концов уплывает вдаль, но вскоре возвращается к своим вещам — уже по берегу. Известие о том, что будет составлен протокол за купание в запрещенном месте, человек встречает с искренним удивлением. А кто бы не удивился, что есть такая статья...

Пока заполняется бланк, акватория кишит пловцами. Заметив милицию, самые предусмотрительные, не поднимая лишних брызг, на всякий случай выбираются на сушу. Другие продолжают плавать, не понимая, с какой стати кто-то будет запрещать им купаться там, где они это делали много лет.

Двое парней прошли мимо, пока составлялся первый протокол. Спустя несколько минут бланки заполняются уже на них.

Каждая попытка объяснить, что в этом водоеме купаться нельзя, превращается в маленький, но очень удивленный митинг.

На сей раз с милиционерами ходит начальник городской спасательной станции Олег Криволуцкий. До этого он уже прошелся по нескольким запрещенным пляжам с представителями районной администрации. Говорит, чуть не разорвали.

— Вот это да... — люди пытаются переварить новую мысль. — А где можно? А где хотя бы запрещающие таблички? А не лопнет ли, случайно, центральный пляж, если туда в потных автобусах приедут все, кто сегодня купается здесь? Или, к примеру, каскад озер, где купаться формально можно, не расплескается, если туда рванет вся Волотова?..

Вопросов много, ответов мало. Милиционеры в сотый раз объясняют, что «незнание не освобождает», а они лишь выполняют приказ. Люди резонно приходят к коллективному выводу: «Дешевле запретить, чем оборудовать зону отдыха».

— Купаться можно только в специально отведенных местах, — устало рассказывает Криволуцкий. — В первой половине дня мы уже приходили сюда с районной администрацией, все объясняли...

— Так лучше б та администрация пришла и таблички прибила... — скептически настроены люди.

Это действительно проблема. Надписи о запрете купания найти непросто.

— Они живут как бабочки, не больше суток, — объясняют милиционеры. — Потом их срывают «вурдалаки».

Этот тезис иллюстрируют красивые столбики по берегам Бурого болота. Говорят, недавно на них были таблички. Теперь висят какие-то штаны.

— Если по берегам поставить крест каждому, кто здесь утонул, так вокруг озера получится плотный забор, — Криволуцкий уже по уши насмотрелся на то, что регулярно достают с дна его водолазы. — В прошлую пятницу вот здесь парень 19-летний нырял с трамплина — сломал позвоночник, погиб. Так остальные просто отодвинулись на пару метров от трупа и дальше купались.

Трамплин из мешков с песком после этого развалили (впрочем, уже не в первый раз). Теперь на месте гибели парня бурлит веселье.

Будет ли на Буром болоте законный пляж со спасателями и пологим спуском — вопрос, на который внятного ответа пока не слышно. Наивно предполагать, что в исполкомах не хотели бы сделать все красиво и достойно. Относительно этого озера якобы есть какие-то планы, но все упирается в деньги.

Парни припарковали BMW в нескольких метрах от воды.

В ответ на замечание принимаются от обиды сдавать других нарушителей:

— А чего вон те тоже стоят!

Такое «сотрудничество со следствием», однако, не спасает их от пары протоколов за купание.

Дальнейшее исследование берегов проходит под привычный аккомпанемент: «А где написано, что нельзя?», «Все купаются, и я купаюсь», «Я сто лет сюда хожу, и все нормально было». Как ни странно, реакция в большинстве случаев относительно мирная, неагрессивная. Скорее преобладает удивление.

Немного выбивается из контекста гражданин одной союзной страны. Разговаривать он пытается на характерном жаргоне, явно рисуясь перед своими дамами. Заранее огорчен «беспределом». Женщины пытаются успокоить кавалера, тот от этого заводится еще сильнее, дамы не остаются в долгу, милиционеры с печалью наблюдают за этой сценой, заполняя очередной протокол за купание.

Популярный довод «я адекватен и плаваю хорошо» Криволуцкого давно не впечатляет. Говорит, почти все, кого с регулярностью, достойной лучшего применения, извлекают его водолазы, хорошо плавали и считали себя адекватными.

— Не хватает только плакатов с изображениями этих пловцов и подписью «Он умел хорошо плавать в запрещенных местах», — считает спасатель. — Но говорят, это может плохо повлиять на чью-нибудь хрупкую психику...

Вообще новая кампания по зачистке «диких» берегов смотрится, мягко говоря, немного радикально. Как-то внезапно выяснилось, что пресловутый образ босоногого детства с нырянием где попало, воспетый бесчисленными литераторами, не стыкуется с Кодексом об административных правонарушениях. Как пережить такую ломку культурных ценностей? Ведь получается, что нельзя купаться едва ли не в 99% мест, где люди привыкли это делать: в красивых озерах Гомеля, в многочисленных затонах Сожа, в Припяти, Днепре, Ипути, да просто в речке рядом с дачей.

— Я плаваю! — хвастливо заявляет милиционерам какой-то младенец, когда мы покидаем прибрежную зону.

Милиционеры улыбаются: малыш трогательно сидит на пригорке в надувной уточке, загребая руками песок. Ничего не нарушает. Очевидно, остальным остается последовать его примеру.

***

По данным УВД, за июль в области утонули 18 человек — большинство в местах, запрещенных для купания. Сразу пятеро утонули 19 июля. На небезызвестном озере Белом во время пьяного конфликта нанесено ножевое ранение жителю Минской области.

За несколько дней усиленного дежурства в местах отдыха составлен 101 административный протокол. В том числе за пьянство у водоемов, купание в запрещенных местах, мелкое хулиганство. Рейды продолжатся.

Как стало известно, 29 июля под Веткой пропали еще две девочки из одной семьи — 4 и 6 лет. Сегодня их нашли в Соже утонувшими.

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. db@onliner.by

Источник: Андрей Рудь
ОБСУЖДЕНИЕ