Жизнь под давлением: семья ищет анонима, который забрасывает их оскорбительными листовками и пишет доносы в Администрацию президента

Таинственная история происходит вокруг семьи Надежды (все имена изменены). Вот уже второй год неизвестный «фантомас» шлет на нее анонимные жалобы в разные инстанции и забрасывает весь частный сектор в Минске, где живет Надежда, листовками с оскорбительным текстом. Мы встретились с женщиной, чтобы выяснить, кому она так перешла дорогу, что неизвестный не ленится ночью регулярно приезжать к ее забору с пачкой листовок.

Надежде осталось несколько лет до пенсии. После серии анонимок, а также болезни своей мамы она вынуждена была уволиться. С детства она живет в частном доме в тихом квартале шумной столицы.

— Все началось пару лет назад, когда на завод, где я работала, пришло письмо обо мне. Суть письма оскорбительна и абсурдна: некто предупреждал моих коллег о моей сущности, приписывал мне какие-то романы и легкомысленное поведение. Анонимка пришла на фирменном бланке одного предприятия, но без подписи. И представляете, в мои годы профсоюзный комитет завода вынужден был готовить ответ, что я не гулящая, морально устойчивая и так далее, — рассказывает Надежда.

Председателем профкома тогда работала Ольга, которая сейчас уже на пенсии. Позже оказалось, что отвечать на оскорбительную анонимку, конечно, было не нужно — обращения без подписи должны идти в мусорный ящик. Но, как оказалось дальше, подписаться под письмом тоже несложно. Даже чужим именем.

Листовки

В апреле прошлого года двор Надежды и всех соседей был впервые атакован бесчисленным количеством обращений на бумаге. Содержание их примерно таково:

Мы вынуждены были спросить об этом мужчине, поскольку причиной яростной атаки вполне могла стать женская ревность. Однако Надежда заверяет в полной глупости написанного:

— Это все полная чушь. Я на самом деле знаю этого мужчину, он много лет был моим коллегой. Он давно живет с сыном и его семьей. Жена живет отдельно. С ней я встречалась, и она периодически получает такие же идиотские письма. Мол, какая дура, что такого мужика упустила.

Информационные заготовки разбрасываются почти каждый месяц.

— Мне больше всего страшно за то, что их найдет моя мама, которая недавно в результате болезни почти перестала говорить и еле ходит. Да, моего дедушку звали Адольф, а бабушка — Юзефа Карловна. Какое это имеет значение? Это обычные имена были для Западной Беларуси.

Телефонные звонки

Параллельно с листовками аноним регулярно звонил на домашний номер и говорил примерно те же слова, что и в листовках. Действует «фантомас» очень осторожно, все звонки были сделаны с общедоступных таксофонов.

Чуть позже несколько раз звонили религиозные сектанты и предлагали научить Надежду правильно молиться, чтобы отвадить проказу. Женщина ответила, что позвонит в милицию, и сектанты отстали.

Жалоба в администрацию

Несколько месяцев назад в почтовый ящик спокойно живущей на пенсии, бывшего председателя профкома Ольги посыпались ответы из серьезных инстанций. В них женщину информировали о том, что ее обращение принято и перенаправлено куда надо, о решении сообщат позже.

Ничего не понимающая Ольга сначала складывала все подальше, пока не поняла: в органах гуляет какая-то жалоба, подписанная ее фамилией.

Суть жалобы заключается в том, что «фантомас» принялся за сына Надежды и в духе 30-х годов прошлого столетия написал вот что:

— Он вместе с женой построил квартиру на кредит для очередников. У них трое детей и никакого дополнительного жилья или аренды нет, — уверяет Надежда.

Собственно, проверка всех органов эту информацию подтверждает.

Вместе с тем подтверждаются и побочные нюансы, к которым привела вся наша бюрократизация-дебюрократизация.

— Вы посмотрите, какие солидные конторы были вынуждены заниматься проверками и подготовкой ответов на письмо, оказавшееся «липой», — удивляется Надежда. — Хоть бы кто перезвонил автору и спросил: вы это писали? Даже боюсь представить, сколько времени они на это потратили. Получается, что на любого человека сегодня можно написать донос, подписаться любым именем и государственный механизм контроля и проверок будет запущен.

Сама Ольга, узнав о кампании, позвонила Надежде и предупредила, что она ничего не писала и сама хочет найти обидчика. Вот как Ольга прокомментировала ситуацию:

— Надежда — абсолютно нормальная, порядочная женщина. Я проработала 36 лет и никогда не встречала такого целенаправленного морального уничтожения человека. Сама хотела бы узнать, чем закончится все это: мы столько пережили из-за этой анонимки, что я готова идти и разбираться в суде.

Больше всего в истории поражает то, что никто не предъявляет никаких требований. Не посягают на частный участок в Минске, не требуют отмщения или извинений — ничего. Милиция помочь семье пока не в состоянии — нет материального ущерба и доказательств чьей-либо вины.

Недавно на камеру, которую Надежда установила по совету милиции, попалась машина и женщина, торопливо подбегающая к забору. Надежда успела выскочить (видно в конце видео), но ни номеров машины, ни марки не запомнила. Возможно, читатели смогут узнать женщину и машину, похожую на Honda Accord или Nissan Primera по крылу на багажнике и дискам.