«Не могла есть и говорить, училась жить заново». Монолог человека, пережившего две операции на мозге

29 077
30 ноября 2021 в 8:00
Автор: Дмитрий Корсак

«Не могла есть и говорить, училась жить заново». Монолог человека, пережившего две операции на мозге

Наталья жила жизнью, про которую говорят: «у нее было все». Работала руководителем в отличной компании, любила свое дело. Увлекалась спортом, вела здоровый образ жизни, путешествовала по миру. Строила планы на будущее. В какой-то момент начала замечать, что неуверенно ходит. Этот симптом развивался быстро. Наталья обратилась к врачу, и тут ее ошарашили: в мозге опухоль, надо срочно вскрывать череп, делать сложную операцию.

Когда отошла от наркоза, поняла, что жизнь поделилась на до и после. Спасая Наталью, хирурги вынуждены были повредить лицевой нерв — половина лица «оплыла». А спустя несколько дней случился инсульт, после которого парализовало половину тела. Многие списывали женщину со счетов: редко кто справляется с такими потрясениями. Но она проявила настоящий героизм, по сути, победив себя — свою боль, страх, неуверенность. Впереди еще годы реабилитации, но уже понятно, что у Натальи все получится. Это история про сильного человека, который умеет увидеть будущее, оправиться и встать даже после самых тяжелых ударов судьбы.


Вот лишь некоторые цитаты из этого монолога:

  • Я вела активный образ жизни: много работала, занималась спортом, путешествовала. Было все, но в один момент это «все» остановилось. Все началось два года назад. В какой-то момент я заметила, что не очень уверенно хожу, возникли проблемы с координацией.
  • Однажды у меня поднялось артериальное давление, врач-невролог отправила на МРТ. Ехала я туда уже не за рулем своей машины, меня везла подруга. После исследования мне позвонили из поликлиники и сказали, что нужна консультация нейрохирурга. Он мне сказал, что есть подозрение на наличие опухоли слухового нерва — невреномы.
  • Это заболевание достаточно успешно лечится, но у меня ситуация осложнялась большими размерами опухоли: она была практически 5 сантиметров. Доктор сказал, что у меня нет иного выхода, кроме как операция. Любая операция на головном мозге — это риск. Никто не давал гарантий, что я не умру на операционном столе.
  • Не знаю, сколько длилась операция. По словам сына, который ждал моего возвращения, обратно меня вернули через шесть-восемь часов. Проснулась в реанимации. Перед тем как сын меня увидел, моя подруга предупредила его: «Мама не очень хорошо выглядит».
  • «Не очень хорошо» означало на самом деле полностью оплывшую правую сторону лица. Не работал глаз, он смотрел в область переносицы и не двигался вообще, была нарушена речь. Прекрасно помню, как первый раз увидела себя в зеркале. В голове возник главный вопрос: как я буду жить дальше? Для меня очень большую роль играл внешний вид, всегда уделяла этому большое внимание. Понятно, происходящее шокировало.
  • Поначалу казалось, что через какое-то время все наладится. Я не знала, что меня ожидало дальше. Через три дня у меня случилось кровоизлияние в мозг. Я почувствовала жар, давление зашкаливало, дежурный врач отправила меня на КТ, одновременно вызывая в больницу хирурга, который меня оперировал.
  • Меня стали готовить к операции, при этом я еще была в сознании. Кульминационным моментом, изменившим мое восприятие всего, что происходит вокруг, стал миг, когда мне стали брить затылок в реанимации. Я понимала: шансы не вернуться реальные. Находясь в таком состоянии, ты подводишь итог своей жизни, для тебя не важно все материальное: машины, квартиры, путешествия… Остается важным только то, хорошо ли ты прожил, было ли ощущение полноты, — оказывается, это главное, это надо ценить.
  • Я опять очнулась в реанимации. На этот раз отказали практически все физические функции, первое время я могла только слышать. Оказалось, что у меня парализована половина тела. Скоро пришло понимание, что я не могу есть: отсутствовал глотательный рефлекс. Я согласилась на установку зонда, но он простоял недолго. Сын покормил меня один раз через трубочку, я сразу попросила после этого его снять, решила заново учиться есть. Некоторые улучшения все-таки происходили, я частично восстанавливалась.
  • Ходить получалось, но с очень большим трудом. При этом моя походка напоминала походку пьяного человека. Прохожие на улице думали, что я не трезва. Хорошо помню случай, когда мне даже предложили «по 100 грамм»…
  • Тебя рассматривают в магазинах, пялятся при этом откровенно, за спиной часто слышала обсуждение о том, что с тобой произошло: инсульт или авария. Все это очень больно и неприятно.
  • Некоторое время за мной смотрела сестра, потом я от нее уехала, потому что понимала: если мне кто-то в это время будет продолжать помогать, за меня что-то делать, я никогда не научусь справляться сама. Думаю, не займись я активно своим восстановлением, осталась бы в том состоянии, в каком выписывалась: могла бы себя обслужить, и на этом все. Мир тогда сужается до рамок одной квартиры.
  • Самое главное — найти в себе силы двигаться дальше, бороться. Пройти через все это можно, только постоянно переступая через себя. Я хорошо запомнила, что мне надо ходить, поэтому каждый день выходила на улицу. Состояние было таким, что купленная бутылка кефира была настолько тяжелой, что меня вело из стороны в сторону, когда несла ее домой. Отдыхала каждые 100 метров. Но я шла. Каждый день. Плакала, понимала, что ходить не могу, сил нет совсем, но вставала и делала. Через себя.
  • Училась все делать левой рукой: есть, чистить зубы, развился навык фотографироваться так, чтобы не было видно моих проблем. Мне очень не хотелось показывать, что в моей жизни что-то сильно изменилось. Очень сложно принять себя таким.
  • Я встречалась с людьми, которые после таких же операций, как у меня, не выходили из дому по году, два. Они ушли с работы, ничем не занимались — просто потому, что у них изменился внешний вид. Сейчас не могу определить, что давало силы двигаться мне. Наверное, желание жить, как ты жил раньше.
  • Через три месяца настал момент, когда мне смогли сделать восстанавливающую операцию — пластику лицевого нерва. Благодаря ей начались положительные изменения. Процедуры по восстановлению моей внешности еще не закончены, и непросто продолжать борьбу с собой ежедневно. Восстановление происходит крайне медленно, но оно идет. И над каждым новым шагом приходится очень много работать.
  • Произошедшее меня изменило, сделало абсолютно другим человеком. Я стала более вдумчивой, отучилась спешить, бежать без нужды, а еще, наверное, я стала более внимательной и отзывчивой. По-другому смотрю на людей, иначе оцениваю проблемы, спокойнее реагирую на бытовые трудности и неудачи.
  • За это время я убедилась, что в жизни совершенно не важно все материальное. Сегодня ты на вершине мира — завтра все может круто измениться. И тогда останутся только близкие и родные люди, их поддержка, с ними ты живешь здесь и сейчас.
  • Как только появилась возможность, я полетела отдыхать, а после отправилась в рождественскую Прагу, потому что всегда мечтала ее увидеть. Я четко понимала, что ничего нельзя откладывать, завтра возможности может уже не быть.
  • На сегодня я веду активный образ жизни: плаваю, посещаю тренажерный зал. У меня практически полностью восстановлены физические данные. Уже виден свет в конце тоннеля, уже есть надежда на то, что все в итоге можно исправить.

Черная пятница в Каталоге. Успейте купить со скидкой!

настольная поворотная, 2 Мп, ИК-подсветка, интерфейс беспроводной, карты памяти microSD
для прически, длина стрижки: 0.7–21 мм, питание от аккумулятора, автономная работа: 2 часа
умная светодиодная лампа с регулировкой яркости, 810 Лм, поверхность матовая, напряжение 220 В

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ng@onliner.by

Автор: Дмитрий Корсак