«В минской школе красоты 100% девушек недовольны своим телом». Разговор о том, как мы воспринимаем себя

781
15 мая 2020 в 8:00
Источник: Полина Шумицкая . Фото: Александр Ружечка; Сергей Бобылев, ТАСС

«В минской школе красоты 100% девушек недовольны своим телом». Разговор о том, как мы воспринимаем себя

Понятие успеха, которым так увлечено современное общество, обязательно включает в себя «идеальное тело». Недостаточно иметь любимое дело, большой дом и модный внедорожник… Нас самих недостаточно... Недовольство телом с каждым годом растет — это научный факт. А что же в глубине этого феномена? О недостатке любви, искажении в зеркале, пластической хирургии и многом другом Onliner поговорил с психологом Натальей Александрович. Читайте наш свежий пятничный «Неформат».

Кто это?

Наталья Александрович — медицинский психолог, телесно-ориентированный терапевт. Автор программы для преодоления травмы. Каждый день занимается йогой. Обеспокоена тем, что тело в современной культуре становится атрибутом успешности.


— Если попытаться определить «среднюю температуру по больнице», то каким отношением к своему телу отличаются белорусы?

— Исследования последних пятнадцати лет говорят о том, что по всему миру неудовлетворенность собственным телом, особенно пропорциями фигуры и весом, растет. Но в Беларуси таких данных очень мало — только отдельные выборки, не позволяющие делать общие выводы.

В большинстве исследований речь идет о патологических формах — синдроме дисморфофобии и нарушении пищевого поведения (НПП). При НПП недовольство телом сосредоточено в основном на бедрах и животе, а при диагнозе «дисморфофобия» фиксация может происходить на самых разных участках: коже, волосах… Нос — частая причина такого недовольства. Но это что касается именно клинических форм. Случаев дисморфофобии — около 2%, НПП — 5%.

Если же говорить про условно здоровую часть населения, то здесь используют понятие «нормальная дисморфофобия». Это масштабная проблема, особенно в уязвимых группах — среди танцовщиц, спортсменок, моделей... Я проводила исследование в одной из минских школ красоты: общее недовольство собственным телом среди воспитанниц достигло ста процентов, а риск развития НПП — 28%.

Если мы возьмем молодых белорусок, профессионально не связанных ни со спортом, ни с fashion-индустрией, то риск НПП у них будет от 6% до 11%. Вот такие цифры есть по Беларуси, и они сопоставимы с результатами зарубежных коллег.

Более крупных исследований, которые описывали бы всю картину по стране, пока нет. Я думаю, это вопрос времени. Ведь неудовлетворенность собственным телом только растет. Она касается всех: мужчин, женщин, подростков, взрослых.

«Бессмысленно ставить перед зеркалом и говорить: „Посмотри, ты очень красивая!“»

— Конфликт с телом, внешностью и расстройство образа тела — это одно и то же? 

— Прежде чем ответить на ваш вопрос, давайте разберемся, что же такое образ тела. Это сложное образование в психике человека, которое отображает все знания и представления о своем теле плюс телесный опыт. Здесь есть осознаваемая часть и бессознательная. Туда входит схема тела («у меня есть руки, ноги, голова, туловище, и они как-то располагаются в пространстве»), осознание своей внешности («как я выгляжу»), понимание половой принадлежности («я женщина или я мужчина»). Причем с течением жизни образ тела трансформируется, например, из-за беременности, операций, травм, возрастных изменений.

Покажу на ярком примере, как это работает. Когда ребенок входит в пубертат, начинаются сильные изменения. Человечек жил, привык к своему телу, а тут резкий физический рост, половое созревание, гормональный всплеск. Разрушается старый образ и создается новый. Человек привык видеть себя ребенком, а тут все меняется, иногда слишком быстро. Подросток часто не успевает психологически перестраиваться, соответственно, может расти недовольство собой, своей внешностью. И это нормально. Если у подростка достаточно поддержки, он успешно проходит кризис, принимает новый образ себя и идет дальше. Но так происходит не у всех…

Часто, спрашивая клиентов: «Когда это началось? Когда ты обнаружил(-а) недовольство собственным телом?», я слышу ответ: «Когда был(-а) подростком».

Теперь о конфликте с телом. Он указывает на проблему: есть что-то, что не принимается или оценивается негативно, и есть то, что хотелось бы получить. Например, человек определяет внешность как способ удовлетворения потребности, допустим, в любви и уважении. «Если я буду красивая(-ый), меня полюбят». И отказывается от попыток заводить знакомства: «Я слишком некрасивая(-ый), чтобы быть ценной(-ым) для кого-то». Либо, наоборот, человек будет прилагать гиперусилия, делать манипуляции со своим телом, чтобы получать внимание и признание.

Или другой вариант, когда люди собственную «физику» вообще не замечают. Искренне не чувствуют, холодно им или жарко, затекла рука или болит нога… Речь идет о полной или частичной потере телесной чувствительности. Из-за сильного травматического события в прошлом, например.

Искажение образа тела — это разрыв между тем, каков человек в реальности, и тем, каким он себя представляет или видит в отражении. Им обычно страдают люди с НПП. Бессмысленно ставить их перед зеркалом и говорить: «Посмотри, это не так! Ты очень красивая!» Даже если девушка совсем худая, она видит отражение большим. Переубеждать бесполезно. Причем степень искажения может зависеть от настроения.

«Реклама все время говорит: „Сделай что-то! Улучши себя!“»

— Почему так происходит?

— У недовольства собственным телом есть несколько причин. Социальные факторы. Во-первых, этот феномен — недовольство собственным телом — не может существовать вне культурного контекста. Каждое общество будет транслировать свои каноны красоты. И если, скажем, женщина из восточной страны приедет на Запад, то может испытывать большее напряжение по поводу своей внешности.

Во-вторых, когда в обществе делается сильный акцент на внешнюю атрибутику, тело становится признаком успешности и благополучия. СМИ это поддерживают, индустрия красоты подхватывает тенденции. Так растет доступность и популярность корректирующих процедур. Сегодня возраст людей, которые потребляют эти услуги, уменьшается. Это наводит на мысли, что становится модно, например, вкалывать ботокс или поднимать скулы — неважно, есть в этом необходимость или нет. Происходящее подталкивает людей смотреть на себя с критикой. Реклама все время говорит: «Сделай что-то! Улучши себя!»

Но не все поддаются этим призывам и моде. Значит, есть еще что-то влияющее на поведение. Семейные факторы. Культура семьи важна не меньше, чем культура страны. Если родители транслируют определенное поведение — увлеченность диетами, чрезмерное стремление улучшать себя — либо игнорируют внешность ребенка, контролируют его вес, критикуют отдельные участки тела, это фиксирует внимание человека на внешности. Мол, это важная ценность. И если не пересмотреть ее в будущем, конструкт сохранится в психике.

— Можно ли сказать, что неприятие тела — это в первую очередь отрицательное отношение к собственной личности и характеру? Мы хитроумно подменяем ненависть к себе ненавистью к своему телу?

— В каких-то случаях это будет справедливо, в каких-то — нет. Знание о себе складывается в том числе и из представления о своем теле. Это единая система «Я» человека. «Все у меня хорошо, только вот тело неправильное!» Нет, такое редко бывает. Обычно это один из симптомов чего-то большего. Например, низкой самооценки, перфекционизма, зависимой структуры личности.

Конфликт с телом — не всегда про ненависть. Здесь могут быть и другие чувства. Стыд, вина, отвращение. Мы относимся к своему телу, опираясь на тот опыт, который проживали в контакте со значимыми взрослыми. Если наше окружение транслировало любовь и уважение, отмечало у нас положительные черты, говорило «ты хорошенькая», а не «тебе нужно похудеть», то с большой вероятностью человек будет видеть себя достойным.

Отношение к себе и своему телу — это отражение того, как с нами обращались в детстве. Отсюда и негативные установки, стремление к совершенству, вечное ощущение «тебя недостаточно».

«Если тело используется как товар на рынке, чтобы выйти замуж, — это может привести к разочарованию»

— Пластическая хирургия — это выход? Изменение носа, губ, груди сделает человека счастливым?

— Я бы рассматривала разные случаи. Если человек использует тело для профессиональной реализации, например, телеведущая или певица, то корректирующие операции могут быть в некоторой степени оправданы (этической стороны вопроса касаться не будем). Улучшение внешности в таком случае — это способ сохранить востребованность и, следовательно, чувствовать безопасность, позитивно к себе относиться. Здесь коррекция — это не история из разряда «я хочу, потому что модно», а осознанный выбор, чтобы не терять профессию.

Но есть другой пример. Человек, недовольный собой, идет что-то делать с телом в надежде, что вот сейчас все изменится, его наконец полюбят. В таких случаях результат будет, скорее всего, провальным. Даже если человек поменяет тело и ему будет нравиться, как оно выглядит, это не изменит личностных характеристик и прошлого опыта, дающих негативный заряд.

Еще один случай, который может привести к разочарованию. Когда тело используется как товар на рынке. Раньше часто транслировалось, что женщина должна удачно выйти замуж, а для этого нужно выглядеть по-особенному. К сожалению, эта модель сохраняется и сегодня, но, к счастью, встречается все реже. Для долгосрочных отношений недостаточно «идеального тела», и это уже давно не секрет.

— То есть случай Донателлы Версаче и других знаменитостей, которые явно переборщили с пластическими операциями, — это, на самом деле, не повод для смеха, а история про большую внутреннюю боль?

— Я не люблю делать заключения, не разобравшись в личной истории. Очень важно понять мотивацию и учитывать количество операций. Если интенсивность хирургических вмешательств с каждым годом растет и человек борется с признаками старения, здесь действительно возможно неприятие жизненного опыта, того факта, что мы стареем, одним словом, неприятие реальности. Тут и правда может быть проблема, но, подчеркну, человек имеет право не хотеть с ней разбираться. Он видит эффективное для себя решение и берет полную ответственность за свое поведение.

Другое дело — больные с диагностированной дисморфофобией. Они тоже часто пытаются сделать операции, но такому пациенту должны отказать в хирургическом вмешательстве. Здесь уже вопросы медицинской этики и ответственности врачей.

Думаю, что каждый случай требует своего внимания. Было бы уместно вводить обязательную психологическую диагностику перед подобной процедурой, чтобы разобраться, может ли ожидаемый результат удовлетворить истинную потребность. Увидеть все стороны решения. Но в любом случае последнее слово остается за клиентом.

— Как избавиться от неудовлетворенности собственным телом? Возможно ли это в принципе?

— Да, возможно. Такие задачи решает личная и групповая психотерапия. Человек, который сомневается в своей внешности, может получить опыт принятия и любования.

Плюс я бы рекомендовала телесные практики — от йоги до пеших прогулок, любые простые вещи, которые подходят лично вам. Перестать оценочно или потребительски относиться к телу, а воспринимать его как дополнительный инструмент взаимодействия с миром. Тело — это нечто большее, чем система, предназначенная исключительно для питания, передвижения или красоты.

Хроника коронавируса в Беларуси и мире. Все главные новости и статьи здесь

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Самые оперативные новости о пандемии и не только в новом сообществе Onliner в Viber. Подключайтесь

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Источник: Полина Шумицкая . Фото: Александр Ружечка; Сергей Бобылев, ТАСС