Случился экстра-форс-мажор — действие непреодолимой силы. Преподаватель о ситуации в школах

828
08 мая 2020 в 8:00
Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак

Случился экстра-форс-мажор — действие непреодолимой силы. Преподаватель о ситуации в школах

Этот учебный год в школах наверняка войдет в историю. О нем еще долго будут вспоминать одуревшие от неожиданного подарка в виде фактического отсутствия последней четверти ученики и, конечно, преподаватели, оказавшиеся в крайней растерянности и неопределенности. На фоне угрозы коронавирусной инфекции вопрос о том, как будут учиться дети в период самоизоляции, немного отошел на второй план, но с приближением лета возникает все больше непростых вопросов, ответить на которые в полном объеме сегодня, наверное, не сможет никто.

Как будут подводить итоги учебы детей, которые отработали в школе лишь три четверти из четырех? Что делать выпускникам 9-х и 11-х классов? Почему дистанционное обучение оказалось, по сути, фикцией? И, наконец, действительно ли так страшно, что из учебного процесса в этом году выпала последняя четверть? Все это сегодня мы обсудим с опытным преподавателем.

Кто это?

Сергей Тугаринов — учитель русского языка и литературы в СШ №31 г. Витебска. Педагог в четвертом поколении. Его жена и дочь по профессии тоже учителя и тоже филологи. В 1988 году окончил Витебский государственный университет. С этого года и по сей день работает в той же школе, где в свое время и сам учился. Более 30 лет — солдат на фронте образования. В качестве классного руководителя сделал пять выпусков, из них — три полных (прошел с детьми с 5-го по 11-й класс). Считает, что если ты вкладываешь в нынешних детей свои силы, знания, время и энергетику, то делаешь инвестиции в будущее — жизнь в преклонном возрасте среди умных, добрых и порядочных людей, которые строят свободную и счастливую страну.

Патовая ситуация

— Опишите ситуацию, в которой оказалась сейчас система школьного образования?

— Прежде чем рассуждать о ситуации, сложившейся на сегодняшний день не только в школах, но и во всей образовательной сфере, необходимо понять существующее на данный момент положение вещей вокруг нас в целом. Коронавирус существует, он опасен, и им вполне легко заразиться. Это факты. Обо всем этом я счел возможным упомянуть, чтобы мы все понимали: нынешняя ситуация — это не глобальное похолодание, не нашествие саранчи и не экономические неурядицы, это вопрос здоровья, а то и жизни и смерти для многих. Это время выбора между всем этим и остальным. Именно поэтому очень важно не бросаться в крайности: не делать вид, что ничего не происходит, ожидая, когда все само собой рассосется, и в то же время не метаться в панике и суете, совершая необдуманные, скоропалительные поступки.

Так как же происходящее изменило ситуацию в школах? Очень просто. Понимая, что эта беда, к сожалению, не обошла стороной и нашу страну, что количество заболевших стремительно растет и для снижения риска инфицирования необходимо избегать мест массового скопления людей (а школа — это о-го-го какое место этого самого скопления!), подавляющее большинство здравомыслящих родителей приняли разумное решение — оставить своих детей дома.

В описанной мной ситуации совершенно безнравственно и антигуманно упрекать в этом родителей и, более того, путем негласного давления, шантажа отметками и скрытых угроз пытаться заставить их изменить это решение. В результате уже в последнюю неделю, предшествующую весенним каникулам, в классах находилось по 5—6 учеников.

Благо в течение длительной 3-й четверти текущих отметок было выставлено предостаточно, чтобы полно и объективно оценить успеваемость каждого в этой самой четверти. Начались каникулы, и постепенно стало понятно, что эпидемиологическая ситуация только усугубляется, а значит, возвращение детей в школы вызывает и растущие опасения у родителей, и большие сомнения у руководства образованием.

— Что происходит в вашей школе сейчас? Как протекает учебный процесс и может ли он быть эффективным? 

— Сложилась никем не виданная доселе, абсолютно патовая ситуация, поэтому никто и не знал, как в этом случае действовать. Отсюда и дважды принятое решение о понедельном продлении каникул в наивном ожидании, что что-то как-то само собой утрясется. Не утряслось. В конце концов прозвучал призывный клич: «Дети, в школы собирайтесь!» И что? Повторилась ситуация последней недели 3-й четверти: вновь в классы пришло мизерное количество учеников. А что вы хотели? К этому времени счет заболевших пошел уже на тысячи, а потом последовали еще и заявления о недопустимости защитных масок на детях в школе и об опасности антисептика в шаловливых детских руках.

В двойственном положении оказались и учителя: с одной стороны, они обязаны проводить полноценные уроки для пришедших в классы ребят, а с другой стороны, вне учебного поля деятельности оказались чуть ли не 75—80% оставшихся дома. Как быть с ними? Понятное дело, что при этой попытке усидеть на двух стульях сразу эффективность учебного процесса крайне невысока. Так или иначе с большинством ребят, находящихся дома, в будущем году придется отработать эти пропущенные или данные в авральном режиме 5—6 тем, отписать необходимые самостоятельные и контрольные.

— Как, на ваш взгляд, будет выглядеть обучение в школе до конца этого года? Что будет заявлено декларативно и что произойдет на самом деле?

— Мне кажется, ничего вразумительного и содержательного в ближайшее время не произойдет. Министерство образования сейчас находится в понятном ступоре, делая какие-то судорожные движения, которые порождают еще большую неразбериху и вопросы. О безопасности учителей (а многие из них уже в довольно зрелом возрасте) привычно никто не думает, как и не предполагают, что даже один инфицированный человек (будь то ребенок или взрослый) может за неделю сложить всю школу со всеми учениками и учителями.

Скорее всего, в сложившемся цугцванге, когда каждый следующий ход лишь ухудшает нынешнее положение, все так и останется: кто-то будет дохаживать в полупустые классы, кто-то отдыхать или заниматься дома, кто-то делать вид, что все так и задумано. Все стороны образовательного процесса с нетерпением ждут летнего «дембеля»: родители — чтобы закончилась эта тревожная неопределенность и чтобы увидеть хоть какой-то итог в виде годовых отметок, руководство — чтобы наконец получить трехмесячную паузу на выработку вразумительной стратегии на будущий учебный год и бросить силы на организацию ЦТ и последующей вступительной кампании, что, несомненно, гораздо важнее, чем проблема годовой отметки по природоведению у Васи из 4-го «А».

Только бы не начался прессинг родителей и учителей по обеспечению 100%-ной явки детей в школы. Эффект может оказаться непредсказуемым.

— Как оценивают происходящее ученики, родители и ваши коллеги?

— Все мы — и ученики, и родители, и учителя — очень и очень разные. Исходя из этого, разнится и наша оценка происходящего. Кто-то из учеников радуется незапланированной неразберихе, где учебные обязанности отошли на второй план, кто-то скучает по привычному общению в стенах школы, кто-то озабочен возможным недополучением знаний и честно пытается трудиться в непривычном режиме, кто-то бросил все силы на подготовку к приближающимся и пока не совсем ясным выпускным экзаменам и ЦТ.

Кто-то из родителей (и совершенно справедливо) считает, что в данной ситуации жизнь и здоровье их детей и близких несоизмеримо дороже всяческих знаний. Некоторые беспокоятся, что дети пропустят какой-то учебный материал, и, как ответственные родители, помогают своим детям и обеспечивают им самостоятельное обучение дома или в тесном контакте с неравнодушными учителями. Кто-то тревожится, но вынужден отправлять ребенка в школу, потому что, к сожалению, нет возможности оставить его дома одного. Кто-то (к счастью, таких меньшинство) бодрячески считает, что никакой опасности нет, а кому суждено быть повешенным — не утонет.

А вот учителя более единодушны в оценке происходящего. Надо иметь мужество и здравомыслие признать, что четвертая четверть как полноценный учебный отрезок тихо дала дуба и реанимировать ее — занятие бессмысленное и неоправданно затратное прежде всего энергетически.

И это ничья не вина — так вышло. Экстра-форс-мажор. Действие непреодолимой силы. По большому счету в информативном плане и в объеме нового материала она мало что значила и так. Апрель — это 5—6 новых тем, а май практически всегда состоял из повторения и систематизации уже пройденного, писались какие-то необходимые контрольные и тесты, многие годовые отметки уже четко просматривались, 9-е и 11-е классы готовились к экзаменам.

Пора объявить учебный год оконченным...

— Какие самые разумные варианты выхода из положения вы видите?

— На мой взгляд, самым разумным сейчас было бы объявить учебный год оконченным в связи с тем самым форс-мажором и выставить годовые отметки по трем предыдущим четвертям. Причем, исходя из чувства гуманизма и сохранения детского психического здоровья, всенепременнейше — в пользу ученика. К примеру, если в четвертях стоят 7, 7 и 8, я бы и годовую ставил 8. Ибо опять же, сегодня все эти баллы и отметки — абсолютное ничто в сравнении с жизнью и здоровьем наших детей. В отличие от этого, знания — дело наживное.

— Как происходящее отразится на следующем учебном годе?

— Чтобы восстановить знания, не полученные в рамках этой скомканной четверти, достаточно в первом полугодии следующего учебного года сделать все субботы учебными, а не спортивно-развлекательно-факультативными, как сейчас. Все равно все учителя в субботу в школе. Так пусть это на две первые четверти будет просто еще один учебный день. Учителей, не занятых с выпускными классами, следовало бы отправить в отпуск с тем, чтобы на работу они вышли в июле и занялись методикой и освоением того же дистанционного обучения, приобрели умение использовать ИКТ и наработали дидактический материал по своему предмету в контексте дистанционки. Судя по всему, все это будет востребовано в будущем.

— Что будет с детьми, которые в этом году в выпускных классах?

— А вот о ребятах, получающих в этом году свидетельства за 9-й класс и аттестаты за 11-й, — отдельный разговор. Это максимум 200 человек в большой школе, а в прочих — и того меньше. Если уже оставить им выпускные экзамены, то продумать такой формат проведения, который обеспечил бы и им, и учителям максимальную безопасность.

В мае можно сравнительно легко, раздробив классы на мелкие группы и разведя по разным аудиториям, провести консультации и занятия по подготовке к экзаменам, а также точечные уроки по тем предметам, годовую отметку по которым ученики сами пожелали бы улучшить. Кто планировал штурмовать серьезные вузы, тот к этому готовился на протяжении последних двух лет не только в школе, а кто держит планку пониже, тому и такого формата будет вполне достаточно.

На следующем учебном годе все эти пертурбации последней четверти либо вообще не скажутся, либо скажутся минимально. Никакой катастрофы. Дети не отупеют и не станут вечными двоечниками. Особенно если в первом полугодии будет техническая возможность это наверстать. Все вернется на круги своя. Главное — чтобы все были живы и здоровы.

— В стране долгое время готовилась система дистанционного обучения. Насколько она сегодня работоспособна?

— К сожалению, я не располагаю полной и объективной информацией, как, когда и где готовилась эта самая система дистанционного обучения и в чем она заключалась. Мы с ней существовали в параллельных плоскостях. Насколько я понимаю, дистанционное обучение — это технически, методически и законодательно подготовленная и оформленная всеобщая по стране система, дающая возможность каждому учителю и каждому ребенку получать добротные и полновесные знания с их последующим контролем вне посещения школы и без непосредственного присутствия на уроках.

Грубо говоря, это передача от учителя ученику научной теории и контроль за ее практическим применением на расстоянии. Если это так, то этого на данный момент нет. Возможно, где-то в индивидуальном порядке силами местных неравнодушных учителей-энтузиастов все это как-то и работает, но повсеместного присутствия такой программы в едином нормативном исполнении мы не видим.

Учеба с помощью рожна и палок

— Как много потребуется времени, чтобы систему дистанционного обучения «починить»? И почему для нашей школы ввести мало-мальски работающую дистанционку оказалось фактически невозможно?

— Выяснилось, что в условиях нынешней ситуации, когда проблема необходимости ДО встала довольно остро, ничего не вышло. Да и понятно: такие вещи не делаются в режиме «Хватай мешки — вокзал отходит!». Не считать же системой отдельные благородные попытки ответственных учителей ухитриться на свой страх и риск и по своему разумению подручными средствами наладить хоть какой-то аудиовизуальный контакт между учителем и оставшимся дома учеником.

Нельзя же считать ДО банальное сбрасывание в «Вайбер» каких-то заданий, а потом проверку с кровоточащими глазами мутных фото с детскими листочками. Почему система неработоспособна? По тем же, указанным выше причинам. Нет должного и, самое главное, повсеместного технического обеспечения: вразумительных серверов, быстрого интернета, программного обеспечения, достаточного количества тех же служебных (а не личных учительских!) ноутов и компьютеров в школах, веб-камер, микрофонов и прочих современных примочек для интерактива.

Есть ли что-то похожее дома в семьях всех учеников — тоже большой вопрос.

Есть ли бытовые условия для занятий? Учитель должен вещать из домашней кухни между приготовлением ужина и общением с домочадцами? Кто будет осуществлять техническое сопровождение этого процесса, кто сможет оказать помощь учителю хотя бы в подзвучке и монтаже при необходимости. Или снова — все сами из подручного рожна и палок? Нет единого методического положения, по каким правилам, канонам, образцам и формам должен строиться дистанционный урок, чтобы он был эффективен.

Чтобы это не была говорящая голова на экране на 45 минут, чтобы это не была непонятная суета человечка на заднем плане у доски, чтобы это не был тупо скачанный чей-то учебный ролик с YouTube. А что тогда? Дайте примерный набор форм ДО, а уж добротность их содержания будет за учителем. Ну и надо легитимизировать дистанционное обучение, прописав его правила и положения в Кодексе об образовании.

— Все это, судя по всему, порождает множество дополнительных вопросов…

— Именно так. Например: какой должна быть система оплаты подготовки и проведения этих уроков? Такие вещи не делаются впопыхах. В экстренной ситуации, как сейчас, это все равно придется делать. Правда, теперь в авральном режиме. Впереди три летних месяца. Смогут? Посмотрим.

Но сегодняшняя ситуация, когда учитель, проведя уроки в школе, приходит домой и тщится еще по своей неоплачиваемой инициативе «оказать образовательные услуги» дистанционно, недопустима.

Не забываем, что знание — дело наживное

— Сегодня много говорят о том, что эпоха коронавируса рождает, помимо всего прочего, еще и новую эпоху дистанционки, мол, после того как пандемия сойдет на нет, у многих возникнет вопрос: а стоит ли отказываться от наработанных практик?

— Важно отметить, что ДО при всей его продвинутости и современности не является полноценной заменой и альтернативой живого урока. Не все дети могут заставить себя продуктивно (да и безопасно ли это?) проводить долгое время перед экраном в учебе, а не в игрушках. В той же начальной школе для ребенка игра остается главной деятельностью, познание происходит зрительно, на ощупь, на слух. Вряд ли это можно сделать исключительно через экран.

Кроме того, у разных людей более эффективными являются разные типы памяти — слуховая, зрительная, моторная. В ходе живого урока все это чередуется и совмещается. При дистанционном обучении с этим сложнее. А личная мотивация ученика? Кто-то и в школе на уроке ухитряется бить баклуши. А уж дома, когда можно нажатием кнопки закончить все мучения… По общему мнению, ДО является эффективным где-то лишь для 30% ребят младшего и среднего возраста.

На мой взгляд, хорошим выходом была бы организация и работа отдельного учебного теле- или (даже скорее) YouTube-канала. В наше приснопамятное школьное время был проект «Телевидение — школе». Такие получасовые телеуроки. Они и в ТВ-программе так значились: «Биология. 7-й класс. Моллюски и ракообразные». Там или опытный учитель, или вузовский преподаватель объясняли определенную тему, перемежая текст либо фрагментами из научно-популярных фильмов, либо какими-то опытами, схемами и диаграммами. Темы, кстати, шли в строгой очередности и в соответствии со школьной программой. Так это в те времена, с теми техническими возможностями и редким киноматериалом! И все это смотрелось. Почему бы и нет?


Подытоживая все вышесказанное, хочу отметить следующее: ситуация изменилась и меняется с каждым днем. Нам надо научиться безопасно жить и эффективно работать в данных условиях, чтобы, когда все риски и опасности пройдут, выйти из этого всего без особых потерь. Нам — учителям, ученикам, родителям — в это непростое время надо беречь и уважать друг друга, понимать всех. Если существует хотя бы малейшая, даже гипотетическая угроза жизни и здоровью людей, мы должны сделать все возможное, чтобы их обезопасить.

А знания — дело наживное. Любое действие и решение, особенно там, наверху, должно основываться исключительно на логике и здравом смысле, на уважении интересов всех жителей школьной страны и исходить из необходимости максимально облегчить жизнь, защитить и детей, и родителей, по возможности не забыть и про учителей: они нам еще понадобятся. Примерно 1 сентября…

(От редакции: фотографии в публикации сделаны до эпидемии коронавируса.)

Читайте также:

горный, материал рамы: сталь Hi-ten, колеса 29", вилка амортизационная с ходом 100 мм, трансмиссия 21 скор., тормоза дисковый механический + дисковый механический
горный, материал рамы: сталь Hi-ten, колеса 26", вилка амортизационная с ходом 60 мм, трансмиссия 21 скор., тормоза дисковый механический + дисковый механический, вес 16.7 кг
горный, кросс-кантри, материал рамы: алюминий, колеса 29", вилка амортизационная с ходом 100 мм, трансмиссия 24 скор., тормоза дисковый гидравлический + дисковый гидравлический, вес 14.48 кг

Хроника коронавируса в Беларуси и мире. Все главные новости и статьи здесь

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Самые оперативные новости о пандемии и не только в новом сообществе Onliner в Viber. Подключайтесь

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак