Увольнения, удаленка, здоровье. Разговор о том, как пересекаются бизнес и права человека

39 005
519
03 апреля 2020 в 8:00
Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак . Фото: Александр Ружечка

Увольнения, удаленка, здоровье. Разговор о том, как пересекаются бизнес и права человека

Давайте подумаем о хорошем. Прошло полгода, ранняя осень, пандемия коронавируса позади (будем оптимистами). Многое за это время поменялось: вы нашли новую работу и знаете лучший способ проверить потенциального работодателя на «вшивость». Достаточно просто почитать отзывы, как он себя вел во время, когда свирепствовала эпидемия: берег ли своих сотрудников, был ли с ними честным, помог ли в трудную минуту. Сделанное нам доброе дело мы помним долго, а зло вообще почти не забываем. Поэтому, если были косяки, вы об этом наверняка узнаете.

Но это все произойдет через шесть месяцев, пока же мы все (и работники, и компании, в которых мы работаем) стоим на старте длинного марафона. Многие пострадают, некоторые сойдут с дистанции, кто-то догребет до финиша, выкинув из лодки друзей и товарищей, кто-то, наоборот, составит из тонущих настоящую Dream Team, приютив их на борту своего гордого, но достаточно шаткого плота, и на полных парах помчится к победе.

Этот «Неформат» посвящен очень важной теме — надежности, поддержке, честности, партнерству, которые всегда должны присутствовать в отношениях работника и компании, но, к сожалению, идеальная жизнь далека от реальности. В нынешних хрупких реалиях эта тема актуальна особенно. Что делать, если такого понимания нет? Почему быть порядочным выгодно даже в смутные времена? Что может сделать работодатель, стремясь сохранить свою команду? На все эти вопросы ответит наш сегодняшний гость, который знает о теме разговора очень много.

Кто это?

Екатерина Дейкало — кандидат юридических наук, доцент, эксперт в сфере бизнеса и прав человека, автор практического руководства «Беларусь: права человека и бизнес» (2019), подготовленного Белорусским Хельсинкским комитетом, автор учебного курса по бизнесу и правам человека, эксперт ОБСЕ по образованию в сфере прав человека.

Проблема один. Мы друг другу не верим

— Выделите основные проблемы с точки зрения уязвимости человека в отношениях «наниматель — работник», «производитель — клиент», «партнер — партнер», обострившиеся во время эпидемии COVID-19.

— Основная проблема сегодня — это безопасность. Ситуация, в которой мы оказались, экстремальная — не замечать происходящего, не признавать уровня серьезности этого просто невозможно.

Поэтому в контексте «наниматель — работник» прежде всего стоит проблема того, насколько обеспечивается безопасность рабочего места. Помимо этого, возникли экономические факторы: риск увольнения, снижения оплаты труда. Также важно отметить появление новых факторов уязвимости для групп, которые и так уязвимы. Я говорю о статистике смертности среди пожилых людей, о том, что одинокие родители с детьми до 10—12 лет могут сегодня оставить детей дома либо с пожилыми родственниками (что в принципе неприемлемо) или взять отпуск за свой счет, рискуя остаться без работы.

Белорусская государственная система не видит человека как самостоятельную единицу со своими конкретными проблемами. Она продолжает делить всех огульно: например, в общем на инвалидов, многодетных, пенсионеров и т. д. И когда в экстренной ситуации появляются новые факторы уязвимости, система не может быстро переориентироваться. И поэтому нас ждет обширный комплекс очень серьезных проблем, причем сейчас начинают проявляться лишь некоторые из них.

В контексте взаимоотношений «производитель — клиент» основным риском будет все ярче отмечен опять-таки вопрос безопасности продуктов, услуг и способов их подачи. Понятное дело, что среди главных экономических и юридических проблем станет отток клиентов, дефицит товаров, рост цен на эти товары, невозможность выполнить некоторые обязательства.

Наконец, и в области партнерских обязательств вопрос безопасности человека остается актуальным. Поскольку, например, предприятие, являющееся последним звеном в цепочке между производством и потребителем, должно быть уверено, что требования к безопасности соблюдены и его работники и потребители не подвергают свое здоровье и жизнь опасности.

Также становится актуальным вопрос квалификации различных ситуаций, связанных с невыполнением контрактов из-за влияния эпидемии коронавируса как форс-мажора. Кстати, Белорусская торгово-промышленная палата уже опубликовала разъяснение — можете прочитать по этой ссылке.

Мы сегодня все чаще получаем сообщения о том, как правильные и современные компании, долгое время беспокоившиеся о своем имидже, начали неприятно удивлять своих сотрудников, проводя спонтанные увольнения, стараясь при этом разорвать отношения, учитывая только корпоративные интересы. Грубо говоря, маска человечности в кризисный момент быстро слетела и обнажился звериный оскал капитализма… Не кажется ли вам, что COVID-19 обнажил хронические проблемы нашего общества, максимально их обострив?

— В первую очередь я обозначила бы практически полное отсутствие доверия. Доверия людей друг к другу, доверия между нанимателем и подчиненным, доверия между гражданами и государством. То, что мы видим сейчас, очень ярко характеризует происходящее в стране в принципе.

Общество имеет низкую готовность к ответственному поведению. В нашей стране у людей очень невысокий уровень культуры здоровья, информационной и правовой грамотности. Люди не воспринимают проблему COVID-19 серьезно. Но это проблема не только самих людей, потому как о том, что меры требуются срочно и они должны быть жесткими, в первую очередь говорят медики, которые сейчас находятся на передовой и ежедневно рискуют своим здоровьем. Одновременно с этим от власти идет совершенно иной посыл: не раздувайте панику, все не так страшно.

Эта ситуация напоминает раздвоение личности больного шизофренией, когда одна часть сознания требует немедленно приступить к действию, а другая призывает к спокойствию и отрешенности. И в такой ситуации находится большая часть общества!

По последним исследованиям, лишь 25% людей в Беларуси ограничили посещение пожилых родственников, лишь 30% стали реже пользоваться общественным транспортом, всего 40% ограничивают посещение торговых центров. Люди ходят по ресторанам, барам, мы видим репортажи с Зыбицкой, наполненной молодежью и весельем. Это ситуация крайней безответственности.

Проблема два. Готовность быть в ответе

И при этом белорусы, смотря на свободную Европу, вводящую жесточайшие меры контроля, пребывают в недоумении. Мол, зачем? Почему?

— У наших соотечественников не сформировалось понимание, что от их поведения может зависеть здоровье и жизнь другого человека. Мало того, большинство людей и руководство страны, кажется, до конца не понимают, что должно делать государство, когда возникает чрезвычайная ситуация. А оно в первую очередь должно взять на себя ответственность за происходящее: принять адекватные меры по предотвращению опасности, оказать максимальную поддержку наиболее нуждающимся и — главное — постоянно, открыто и достоверно информировать граждан, что делается для того, чтобы минимизировать последствия пандемии, и почему. Только тогда всем становится понятно, почему штрафы за нарушение карантина большие, зачем принимать такие жесткие меры по самоизоляции и т. д.

— Пандемия, созданная вирусом, кажется, принесла в страну пандемию безработицы. Насколько адекватно, на ваш взгляд, реагируют на происходящее собственники бизнеса? Можно ли сохранить рабочие места? Как это сделать?

— Пока говорить о том, насколько адекватно они реагируют, сложно, потому что все лишь началось. Но уже сейчас понятно, что чаще работодатель выбирает наиболее простые пути решения своих проблем.

Один из важных факторов, который бизнесу сегодня надо принять во внимание: по теории Дарвина, выживают не сильнейшие и умнейшие, а те, кто лучше других умеет приспосабливаться к изменениям. Массовые увольнения совсем не обязательно спасут ваше предприятие, а вот новый подход, допустим, к доставке продукта вполне может стать не только спасательным кругом, но даже и агрегатором новых рабочих мест!

В экстренной ситуации может выстрелить подход, который никогда не работал в условиях «мирного времени», поэтому выживаемость работодателя зависит от его умения не только подстроиться под вызовы экономического кризиса, но и учесть, какие угрозы пандемия несет клиентам и сотрудникам в части реализации их прав. С пониманием этого будет проще строить правильные стратегии и принимать верные решения.

Но здесь важно понимать также другое. Бизнес сегодня оставлен наедине со своими проблемами. Для того, чтобы бизнесу можно было выстраивать какую-то стратегию выживания, ему в первую очередь нужна какая-то предсказуемость. Но в нашем случае фактор неизвестности и непредсказуемости последствий пандемии накладывается на очень слабую позицию государства в области информирования о нынешнем состоянии дел, принимаемых сейчас мерах, планах на ближайшее будущее.

Мы слышим директивные указания частникам: «нельзя увольнять людей». Но очевидно, что такие запреты совершенно неэффективны, потому как черно-белыми категориями мы сегодня оперировать не можем: они слишком часто не будут соответствовать действительности. Мало того, подобного рода посылы абсолютно никак экономически и юридически не обеспечены. Поэтому одна из важных функций государства сегодня заключается в том, чтобы довести бизнесу, в каких реалиях он будет жить сегодня, завтра, через месяц, какие у него есть обязанности и на какую поддержку он может рассчитывать. В таких условиях есть все шансы сохранить немало мест. Запретительство же не принесет никакого результата, кроме нервозности и еще большего подрыва доверия к власти.

Безусловно, мы не можем сегодня требовать от бизнеса выпрыгнуть из штанов и сделать невозможное. Но можно требовать применять принцип должной осмотрительности (due diligence) — основной стратегии поведения бизнеса в контексте уважения прав человека.

Этот принцип подразумевает, что ты должен принять максимально доступные, разумные меры, чтобы не нанести ущерб своим сотрудникам, не нарушить их права. Если ты не можешь избежать риска, ты должен максимально минимизировать его.

Из этого следует, что увольнения, которые, безусловно, будут, должны стать крайней мерой. Применяя ее, руководитель должен честно сказать себе: «Я сделал все, что мог, но не вижу иного выхода».

Второй момент, который следует из принципа осмотрительности в сегодняшней ситуации, заключается в том, что, если все же приходится идти на крайние меры, важно делать это с учетом приоритета интересов уязвимых групп. Например, стоит понимать, что, если ты уволишь пожилого человека или женщину с маленьким ребенком, им будет намного сложнее найти новую работу, учитывая тенденции дискриминации на рынке труда Беларуси.

Проблема три. Простые решения

Но многие предприятия, наоборот, видят в матери с ребенком или пожилом человеке обузу, угрозу для бизнеса. Мол, они не настолько эффективны уволить их будет спасением, простым решением.

— Для того, чтобы конструктивно решать возникающие сейчас проблемы, не может быть простых решений как со стороны государства, так и со стороны бизнеса. Оценивать работу человека нужно по результатам его труда, а не по возрасту или семейному положению. Кстати, история с «простыми решениями» родилась из того, что и в бизнесе, и на государственном уровне у нас нет привычки аргументированного объяснения своих поступков.

Поэтому руководителю или собственнику бизнеса очень важно при увольнении человека в первую очередь объяснить себе, почему это происходит. Доказать себе, что другого выхода нет. А после — донести это до увольняемого и остального коллектива. Аргумента «вы же понимаете обстановку в стране» или «я никому ничего не должен объяснять» ни в одной уважающей себя организации быть не должно.

Возможно, вы засомневаетесь в том, насколько необходима эта гуманистическая риторика. Тогда вспомните, что доверие строится на понимании, поэтому объяснять очень важно. Если я понимаю почему, значит, я доверяю. Если сотрудники доверяют компании, считают решения руководства справедливыми, они намного больше будут отдавать ей.

И, условно говоря, увольняя очевидно несправедливо одного человека, вы незримо получите «минус 10%» к эффективности всего оставшегося коллектива. Экономия получается очень сомнительная, правда? Мы с коллегами недавно подготовили обзор о том, какие выгоды получает бизнес от включения «человекоориентированности» во все бизнес-процессы. Можно подробнее почитать здесь.

Сейчас часто возникает вопрос, кого целесообразнее поддерживать в первую очередь: работодателя, формирующего рабочие места, или тех, кто лишился работы. Конечно, можно говорить, что обе категории равно нуждаются в поддержке, но все же часто можно увидеть, что акцент делается на одном из направлений.

— Это упрощенная постановка вопроса, и прямого ответа на нее быть не может. Если речь идет о ситуации выживания, конечно, в приоритете будет человек. Важно понимать, что кумулятивный эффект от неадекватных мер, которые сегодня принимаются в стране, вполне могут привести к тому, что некоторые группы граждан действительно окажутся на грани выживания. Поэтому важно видеть, для кого ситуация близка к критической, а для кого — нет.

Если говорить про бизнес, то также есть критически важные его отрасли — связанные с медициной, продуктами питания и т. д. То есть с выживанием общества. Естественно, что поддерживать эти отрасли требуется в первую очередь, но при условии, что они без такой поддержки не выдержат.

И опять же — для того, чтобы определить нуждающихся в поддержке людей или предприятия, требуется полная и достоверная информация, а с этим у нас в стране возникают серьезные проблемы. Чтобы соблюдать грамотный баланс, необходимо видеть полную картину. Если государство поддерживает конкретный бизнес, важно понимать, почему оно это делает, важно видеть, что предприятию грозит гибель, а не опасность намазать меньше икры на бутерброд.

Проблема четыре. Контроль ради контроля

Контроль и наказание… Насколько эти меры влияния на бизнес, на ваш взгляд, сейчас эффективны? Какие меры используются чрезмерно, каких не хватает?

— Есть два вида контроля. Первый направлен на то, чтобы увидеть происходящее наиболее объективно, со всеми уязвимыми местами и принять самое взвешенное решение. Такого рода контроль всегда необходим, он несет лишь благо.

А вот контроль второго вида направлен на то, чтобы поймать за руку и наказать. Такого рода контроль часто превращается в процесс ради процесса, и при его реализации могут возникнуть такие анекдотические ситуации, как, например, нормы по штрафам, планы по поборам и т. д. Трудно представить, чтобы подобного рода репрессивные меры могли бы как-то позитивно повлиять на бизнес, особенно в нынешних условиях.

Есть стандартный пример, идеально описывающий ситуацию. Где у нас в стране прокладывают пешеходную дорожку? Там, где задумано по плану, или там, где уже давным-давно протоптана тропинка? Понятное дело, чиновнику удобнее использовать план. А после можно штрафовать тех, кто ходит по газону. Но это вряд ли что-то исправит, и в результате будет мощеный, но никем не используемый тротуар и все та же протоптанная «народная тропа».

При правильном контроле можно увидеть ситуацию чуть шире, понять потребности людей и положить плитку там, где она действительно нужна.

Возникает масса вопросов в связи с работой в условиях карантина и повышенной безопасности. Какие наиболее уязвимые точки вы видите?

— Во-первых, это проблема с обеспечением гибкого рабочего графика и удаленной работы. Мы видим, что очень многие работодатели не готовы перестраиваться и не понимают, что на данный момент это самый предпочтительный вариант. Конечно, в условиях, когда это в принципе возможно. Исследования показывают, что полноценно работать на удаленке сейчас не могут от 66 до 79% работающих людей. Но здесь есть важный нюанс: не совсем понятно, все эти люди не могут уйти на удаленку из-за специфики работы или потому, что работодатель не позволяет…

Если работодатель не может обеспечить удаленную работу всем, надо максимально стараться обеспечить ее уязвимым группам.

Идем дальше — обеспечение безопасности на стационарном рабочем месте. Я сегодня вижу, как в крупных супермаркетах на кассах сидят люди без масок и перчаток. Таким образом работодатель молчаливо потакает безответственному поведению, которое грозит большими проблемами. Работодатель обязан обеспечить вашу безопасность, и, если он использует тактику «никто не просит — вот и хорошо», это не значит, что вам следует наплевательски относиться к своему здоровью.

Вот вам мой личный пример. Вызывала известную службу доставки. Приехал парень без перчаток, без маски, представляете, с каким количеством людей он контактирует? Я сама была контактом второго уровня и находилась в тот момент на самоизоляции. Приходилось выкручиваться, общаясь на расстоянии два метра, протирать карточку антисептиком.

Но ведь безопасность курьеров — это безопасность клиентов, а значит — безопасность компании. Представьте, если станет известен достоверный случай, что курьер был разносчиком вируса…

Другой пример: придите сейчас в аптеку — и вы увидите, что в большинстве из них фармацевты не носят никаких средств защиты, и это при том, что именно в эти места и пойдут носители вируса в первую очередь. А теперь давайте вспомним, что в Минске есть владелец сети частных аптек, развернувший отличную инициативу, привлекая в качестве продавцов пожилых людей. Если сейчас эти продавцы не проявят сознательность, если работодатель не обеспечит их всем необходимым в такой ситуации, может случиться беда…

Еще одна проблема — дискриминация и буллинг в отношении работников с COVID-19 в коллективе. В нашем обществе вообще мышление стереотипное и стигмы раздаются с пугающей легкостью. Человек, у которого был положительный тест на коронавирус, переболев и вернувшись в коллектив, не должен себя чувствовать прокаженным. При этом сокрытие работодателем этого факта не выход: работники должны принимать меры для своей безопасности, но работодатель обязан создать условия, при которых будет пресекаться всякое вмешательство в личную жизнь человека.

Проблема пять. Цена репутации

Вам не кажется, что первым, что пройдет проверку эпидемией коронавируса, станет репутация компаний и их владельцев?

— К сожалению, у нас общественное мнение и деловая репутация не являются настолько ценной величиной, как, например, в США или Западной Европе. Но я думаю, что ситуация постоянно меняется в лучшую сторону и события этих месяцев продемонстрируют, насколько выиграют компании, выдержавшие эту проверку.

Рабочие столы. Есть в наличии в магазинах

письменный стол, прямоугольная форма, 1200×600 мм, высота 750 мм, материал: ЛДСП (столешница), ЛДСП (опоры)
письменный стол, угловая форма, 1200×1180 мм, высота 750 мм, материал: ЛДСП (столешница), ЛДСП (опоры)
компьютерный стол, прямоугольная форма, 1500×900 мм, высота 750 мм, материал: ЛДСП (столешница), хромированная сталь/ЛДСП (опоры)

Читайте также:

Хроника коронавируса в Беларуси и мире. Все главные новости и статьи здесь

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак . Фото: Александр Ружечка