Экономист Вадим Иосуб: подробности плана интеграции Беларуси и России — технически невозможно, совершенно невыгодно для нас

1970
16 сентября 2019 в 15:42
Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак

Экономист Вадим Иосуб: подробности плана интеграции Беларуси и России — технически невозможно, совершенно невыгодно для нас

Вадим Иосуб — старший аналитик компании «Альпари». Специалист по методам анализа на финансовых рынках и доверительному управлению инвестиционными портфелями на фондовом рынке. С 1998 года работает на рынке Forex, с 2005 года — на российском фондовом рынке.
Подробности проекта «Программы действий Беларуси и РФ по реализации положений договора о создании Союзного государства», которые озвучил сегодня издательский дом «Коммерсантъ», изрядно взбудоражили и профессиональную экономическую среду, и просто общественность. Не надо быть профессионалом, чтобы понять, что изменения, о которых говорится, в случае реализации затронут каждого из нас. Если вдруг вы незнакомы с информационным поводом, обязательно просмотрите его здесь, мы же сейчас попробуем порассуждать, чем нам все эти реформы светят.

Но вначале оговоримся: «Коммерсантъ» — это, конечно, очень уважаемое издание, но что касается вопросов белорусско-российских отношений, именно он ранее уже был источником множества «вбросов», особенно во времена, когда между Беларусью и Россией шли достаточно сложные переговоры по поставкам нефти и газа. Поэтому сразу отметим — мы обсуждаем информационный повод, допускаем возможность, а не констатируем свершившийся факт.

Мне кажется, что просто технически, с точки зрения юридических и государственных процедур, внести настолько масштабные изменения в Гражданский кодекс, бюджетное и налоговое законодательство, провести монументальные изменения в банковской деятельности и таможне в указанные сроки (речь идет о годе-полутора) невозможно ни при каких обстоятельствах. В «Коммерсанте» говорится об интеграции, сравнимой с существующей в Евросоюзе, а то и более плотной. Надо вспомнить, что путь от «Союза угля и стали» до Евросоюза занял порядка трех десятилетий. Совершенно очевидно: утверждение о том, что все завертится и будет работать к 2021 году, не выдерживает критики.

Перейдем к сути. Весь спектр причин и следствий настолько широк, что можно рассуждать бесконечно долго, поэтому мы возьмем самые яркие примеры и цитаты, характеризующие суть того, что, возможно, происходит или будет происходить. Для Беларуси подобное соглашение означало бы, наверное, внутрироссийские цены на нефть и газ, компенсацию белорусским нефтепереработчикам последствий от налогового маневра (так, как это планируется делать для российских нефтепереработчиков) и — теоретически — доступ к российскому рынку (что на самом деле и так должно было уже быть в рамках Таможенного союза и ЕврАзЭС).

При этом очень важно понимать, чем придется заплатить, если будет реализовано то, что задумано.

Объединение бюджетно-налоговой сферы означает перекройку всей налоговой системы Беларуси. С одной стороны, белорусским предприятиям к налоговым пертурбациям не привыкать. С другой — как показывает практика, изменение даже одного налога означает, что в течение нескольких месяцев сама налоговая служба разбирается, как это все правильно считать, после она публикует письма и разъяснения. Белорусским предприятиям — от малых до гигантов индустрии — требуется вносить изменения в программное обеспечение, которое считает налоги… Отголоски последствий проявляются через полгода и даже позже. Введение же полной системы налогов, гармонизированной с Россией, станет катастрофой.

Мы все знаем, что когда никто не знает, как правильно считать налоги, их считают неправильно, и в итоге это очень больно сказывается в первую очередь на бизнесе, который придут и накажут обязательно. Отдельный вопрос о гармонизации налоговой системы связан с тем, что делать с белорусскими свободными экономическими зонами, включая такие крупные и важные для отечественной экономики, как «Великий камень» и ПВТ. Добавьте к этому, что ПВТ — это вообще отдельная и сложная тема, в частности, у нас в этой СЭЗ разрешена работа криптобирж, в России же эта тема запрещена напрочь.

Идем дальше. Можно вспомнить такую белорусскую практику, как дотации госпредприятиям, рассрочка их долгов, вхождение государства в их акционерный капитал. Практика эта, на самом деле, не очень хорошая, но что она существует — факт. И я сомневаюсь, что белорусское руководство сможет просто взять и отказаться от нее, хотя использовало ее до этого десятилетиями.

Следующий блок касается гармонизации банковского регулирования. Опять же есть масса нюансов и различий между нашими странами. Можно упомянуть, например, такой аспект: в наших странах по-разному гарантируются вклады физических лиц. В России под страхование вкладов физлиц попадает ограниченная сумма, в Беларуси на сегодняшний день гарантируются вклады в любой сумме, в любой валюте с учетом начисленных процентов. Можно предположить, что есть часть серьезных крупных вкладчиков, которые держат свои деньги в белорусских банках именно благодаря наличию гарантий государства. А это значит — если интегрироваться и вводить российские правила, может произойти бегство части вкладчиков из банков.

Отдельным большим больным вопросом наверняка станет гармонизация таможенного законодательства. Не секрет, что Россия с 2014 года живет в условиях санкций и контрсанкций. Если мы начнем гармонизировать таможенное законодательство, это означает, в частности, что мы должны добровольно принять на себя российские контрсанкции — запретить грузинское и молдавское вино, польские яблоки, хамон и сыр из Европы. В случае попадания этой продукции на нашу территорию по старой доброй российской традиции давить ее бульдозерами. Мало того, что это само по себе выглядит абсурдно, стоит понимать: будут последствия, если мы ни с того ни с сего вводим режим контрсанкций к западным странам, в ответ они вполне логично введут санкции и по отношению к нам. Получим по шапке очень жестко, причем не совсем понимая, зачем нам это надо.

В заключение добавьте, что мы, вполне вероятно, частично потерям позиции на европейском и украинском рынке (а, например, Украина — один из наших крупнейших партнеров). Мы, очевидно, станем еще больше зависеть от российской экономики и российского рубля, что явно отразится на стабильности белорусской валюты. Мы станем еще более уязвимы к таким факторам, как падение мировых цен на нефть, введение новых антироссийских санкций, да что там говорить — любые антироссийские санкции в случае таких реформ будут означать и антибелорусские санкции, хотя мы их абсолютно не заслужили. Напомню, что волатильность российского рубля по отношению к доллару в последние несколько лет была достаточно высока — курс российской валюты сильно падал в прошлом году, в апреле и августе, в августе этого года. То есть, кроме своих собственных проблем в экономике (которых у нас хватает), мы добровольно берем на себя очень сильную зависимость от чужих проблем.

Подводя итог — мы рассмотрели лишь некоторые последствия экономической интеграции России и Беларуси, которая может быть проведена, по мнению издания «Коммерсантъ», до 2022 года. Получается, что это невозможно чисто технически сделать в оговоренные сроки. С другой стороны, это бессмысленно и несет огромные минусы для белорусской экономики. Может возникнуть неразбериха и масса проблем, которые вряд ли получится компенсировать низкими ценами на нефть и газ. Что же касается российской экономики — это не будет означать вообще ничего (мне кажется, для нее вообще мало что имеет значение, кроме мировых цен на нефть). Поэтому с точки зрения России, я считаю, это чисто политический проект.

Читайте также:

Подписывайтесь на нашу страницу в Facebook и присылайте свои истории и размышления. Самые яркие из них могут стать темой для следующей колонки!

Наш канал в «Яндекс.Дзен»

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак