Психиатр Владимир Пикиреня: фуфломицины, которые вы употребляете
746
18 декабря 2018 в 8:00
Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак . Фото: Александр Ружечка
Психиатр Владимир Пикиреня: фуфломицины, которые вы употребляете
Владимир Пикиреня — врач-психиатр-нарколог, ассистент кафедры психиатрии и медицинской психологии Белорусского государственного медицинского университета.
Часто слышу о чудодейственных новых лекарствах и неустаревающей фармакологической классике, которая помогает вопреки советам врачей. Особенно много такой «панацеи» в области неврологии. Почувствовав, например, хроническую усталость, жалуясь на проблемы с памятью или концентрацией, вы придете в аптеку и получите целый список рекомендаций. Практически наверняка среди средств, которые вам предложат, будет так называемый «фуфломицин» — препарат, действенность которого вызовет сомнения у многих медиков. Тем не менее такие лекарства продолжают продаваться и пользуются немалой популярностью. Давайте разбираться почему.

Начнем с общего, совершив небольшой экскурс в историю — только чтобы понять, как мы пришли к нынешнему пониманию того, какие лекарства на самом деле действующие, а какие — не более чем «фуфломицин».

Медицина развивалась в несколько этапов. Первый — «шаманский», когда лечением занимались люди с «магическими» способностями. Далее начался длительный этап эмпирического сбора данных, когда врачеватели полагались на знания, полученные от своих учителей и дополненные собственным опытом. Переход на научные рельсы случился в XVI—XVII веках, когда был введен принцип детерминизма и появилось понятие научного эксперимента.

Вершиной развития стала доказательная медицина. В соответствии с этой концепцией сейчас для того, чтобы мы начали использовать препарат для лечения, нужно очень строго проверить его эффективность и безопасность и доказать, что польза от его применения превосходит возможные вредные последствия. К несомненным плюсам доказательной медицины отнесем и возможность обнаружения редких и развивающихся в отдаленном периоде опасных побочных эффектов.

Конечно, есть у этого подхода и недостатки. Среди них — дороговизна исследований и сложность восприятия полученных результатов не только людьми без специального образования, но и самими врачами.

В духе доказательной медицины: все, о чем пишу, может оказаться ошибочным, и я буду только рад, если после прочтения вы захотите проверить сказанное, начнете подвергать критическому анализу рекламные брошюрки препаратов и внимательнее изучать доказательную базу лекарств, выставленных на прилавках аптек.

Давайте перейдем к конкретным примерам.

И начну я с такого препарата, как тетраметилтетраазабициклооктандион. Боитесь вызвать демонов, озвучив это действующее вещество? Тогда лучше используйте его торговое название — хорошо известный на постсоветском пространстве «Адаптол». Если верить инструкции производителя, это чуть ли не панацея от целого ряда состояний: тревоги, бессонницы, астении, боли в сердце, переутомления, никотиновой зависимости, — да еще и помогает убрать побочные эффекты от приема других лекарств.

Однако если мы зададимся целью проверить эффективность его при всех этих состояниях, то не найдем ни одного исследования, проведенного в соответствии со стандартами качества. И ладно бы с ней с этой эффективностью, но мы не найдем и ни одного крупного исследования его безопасности. А ведь это лекарство активно назначают/рекомендуют при различных нарушениях не только взрослым, но и детям…

Следующим хорошо известным препаратом у нас будет «Актовегин» («Солкосерил»). Действующее вещество неизвестно, что, согласитесь, уже настораживает. Кроме того, препарат не просто не разрешен, а прямо запрещен FDA (организация, регулирующая оборот лекарств в США), и неспроста. Препарат изготавливается из крови телят, и вещества, содержащиеся в нем (пусть даже и высокоочищенные), могут вызывать сильные аллергические реакции. А еще есть риск подхватить коровье бешенство. Крупных исследований по этому препарату также не проводилось.

Еще одно известнейшее средство — глицин, который, как нас уверяют, успокоит, улучшит память и так далее. Неужели и он бесполезен? Отвечу: это крайне полезное вещество. Он входит в состав большого количества белков, действует как тормозящий нейромедиатор и влияет на выделение других нейромедиаторов — но! — в доказательной медицине применяется лишь в качестве раствора для орошения при урологических операциях и некоторых воспалительных процессах.

Аминокислоты, пусть даже и самые полезные, не попадают из пищеварительной системы в мозг, поэтому как до этого они перерабатываются в печени и служат для строительства белков. А тот глицин в синапсах головного мозга синтезируется самостоятельно. Естественно, хороших клинических испытаний по глицину в качестве ноотропа вы не найдете: их нет.

И еще маленький интересный факт про глицин. Он был обнаружен в газовом облаке кометы Чурюмова—Герасименко. Занятно, но эффективности не добавляет.

Следующим «чудо-препаратом» в нашем списке будет пирацетам («Ноотропил», «Мемотропил», «Луцетам» и прочие). Его синтезировали еще в пятидесятых годах прошлого века, надеясь с помощью лекарства восстанавливать когнитивные (умственные) функции после инсультов, травм, при старческих заболеваниях. Было проведено много исследований, и некоторые действительно отмечали улучшение при приеме пирацетама. Однако с клинической точки зрения улучшения были незаметны. Есть предположение, что ощущение улучшения работоспособности от приема пирацетама может быть связано с некоторым психостимулирующим эффектом, что приближает его к чаю, кофе и так далее. В результате пирацетам был исключен FDA из списка медицинских препаратов и переведен в разряд добавок к пище.

И на десерт — корвалол (он же валокордин). А он-то чем не угодил? Ведь и действующие вещества есть, и показания. По основному действующему веществу (фенобарбитал) написано не менее 25 тыс. статей, из которых 750 — это клинические испытания. И опять появляется «но». Фенобарбитал применяется (сейчас уже очень ограниченно) для лечения острых приступов эпилепсии и синдрома отмены алкоголя. Иногда может применяться как замена более безопасным бензодиазепинам (диазепам, алпразолам, оксазепам и другие).

Но у нас (на просторах СНГ) его почему-то применяют как лекарство «от сердца». Если у человека стенокардия или развивающийся инфаркт миокарда, то ему срочно нужны нитраты (нитроглицерин). Если же выпить корвалола, то можно успокоиться и заснуть, а нарушенное питание сердечной мышцы как было, так и осталось. Нет ни одного исследования, подтверждающего эффективность корвалола при заболеваниях сердечно-сосудистой системы. Есть множество исследований, подтверждающих опасность и вероятность развития зависимости от барбитуратов (к ним относится и фенобарбитал), которая ничуть не легче алкогольной или опиатной.

Главная проблема препаратов с малоизученной или недоказанной эффективностью — в том, что, купив и начав их принимать, люди считают, что получают эффективное лечение и таким образом могут упустить время, когда лечение действует наиболее эффективно. Так, есть исследования, которые показывают, что смертность от онкологических заболеваний у приверженцев альтернативного лечения в 2,5 раза выше по сравнению с теми, кто лечится вовремя и проверенными лекарствами.

Все эти препараты (и множество других) очень распространены в нашей жизни. Так получилось, на мой взгляд, по нескольким причинам.

Медицина у нас до сих пор является смесью точного ремесла и искусства. А раз это искусство, то и лечат кто как себе представляет, без опоры на мировой опыт, клинические руководства ВОЗ и данные исследований. Поддерживается это желанием аптек получить максимальную прибыль. Продавцы лекарств ведь могут насоветовать что угодно, не неся при этом никакой ответственности за результаты лечения. Добавить можно веру людей в чудо совместно с пренебрежением к науке, которое осталось еще со времен СССР, где интеллигентов называли «вшивыми».

Читайте также:

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Ведущий рубрики: Дмитрий Корсак . Фото: Александр Ружечка