16 544
21 апреля 2022 в 13:16
Источник: Сергей Солонкевич. Фото: wikimedia.org, culture.pl
Спецпроект

Народный кумир и курьер Сопротивления. История польского лыжника, который отказался сотрудничать с нацистами и погиб в Освенциме

Выиграйте iPhone 13 в приложении Каталог Onlíner на этой неделе!

Поляка Бронислава Чеха считают самым универсальным лыжником межвоенного периода. Он специализировался на лыжных гонках, горнолыжном спорте, прыжках с трамплина, занимался альпинизмом. Чех стал первым польским лыжником международного класса и одним из первых в стране лыжников-экстремалов. Он 24 раза выигрывал чемпионаты Польши в различных лыжных видах и стал кумиром тысяч поклонников. А с началом Второй мировой Бронислав Чех включился в движение Сопротивления. Оккупанты не раз предлагали знаменитому спортсмену сотрудничество, но он отказывался. В рамках совместного спецпроекта Onlíner и Parimatch рассказываем о жизни легендарного атлета, который из-за своих принципов оказался в Аушвице.

Детство у подножия гор

Бронислав Чех с самого рождения получил прекрасную возможность связать свою жизнь с горами и спортом. Будущий король польских лыж появился на свет в 1908 году в Закопане — городке, расположенном у подножия Татр. Уже в начале ХХ века Закопане был известен как горнолыжный курорт. Неудивительно, что местные жители чуть ли не с рождения имели предрасположенность к популярному в тех местах катанию на лыжах.

Довоенный Закопане

С шести лет Бронек начал учебу в народной мужской школе и проявил себя как способный ученик. Позже мальчик смог поступить в частную гимназию, которую пришлось бросить: родители не потянули плату за обучение. Еще с малых лет Бронек заинтересовался искусством. Ему нравилось рисовать, и рядом оказался человек, который направил увлечение ребенка в правильное русло. За мальчиком присматривал сам Зефирин Цвиклински, польский живописец, поселившийся в Закопане и сосредоточивший свои усилия на создании пейзажей Татр.

В шестнадцать лет Бронислав начал рисовать на стекле и чаще всего отдавал предпочтение цветочным мотивам. Кроме того, юноша писал стихи, играл на аккордеоне и скрипке и занимался резьбой по дереву. А работать с деревом Чех научился в школе художественного мастерства, где за несколько лет освоил ремесло столяра и плотника.

Всенародное признание

Любовь к искусству у Бронислава Чеха легко уживалась с любовью к спорту. Художник мог погонять в футбол или поиграть в настольный теннис, поплавать или уделить время занятиям легкой атлетикой, но больше всего обожал лыжные виды. Уже в двенадцать лет Бронек поучаствовал в своих первых состязаниях. Пусть это и не был какой-то особенно важный турнир, но мальчик узнал, что такое настоящий соревновательный дух. А взрослые еще раз убедились, что перед ними талантливый парнишка с большим будущим.

В шестнадцатилетнем возрасте Бронислав выступил на более-менее серьезных соревнованиях. В январе 1925-го закопанская лыжная секция известной в то время польской организации физвоспитания «Сокол» проводила пятикилометровый забег на лыжах. Чех занял первое место в юниорской группе. А в следующем месяце юный спортсмен стал чемпионом Польши среди юниоров по прыжкам на лыжах с трамплина.

Победы быстро пришли к Чеху и после перехода во взрослый спорт. В 1927-м молодой лыжник трижды выигрывал соревнования по прыжкам с трамплина в Закопане. Спортсмен стремительно прогрессировал и быстро вышел на международный уровень. Поляк стал первым на турнире по лыжному двоеборью, который проходил в Австрии. Там спортсмену даже удалось установить рекорд трамплина. Но во время одного из прыжков с Чехом произошла неприятность, которая могла иметь серьезные последствия. Сильный порыв ветра снес Бронислава на четыре метра, из-за чего лыжник оказался за пределами сектора приземления, упал на лед и покатился по крутому склону вниз. К счастью, все обошлось, а спустя время Бронислав забрал золото чемпионата Польши в двоеборье и эстафете 5×10 километров.

По итогам голосования, которое среди своих читателей проводило польское издание Przegląd Sportowy («Спортивный обозреватель»), Бронислав Чех, заняв шестую позицию, вошел в десятку лучших атлетов страны за 1927 год.

В 1928-м спортсмен продолжил брать титулы на различных лыжных чемпионатах Польши. В том же году Бронислав Чех поехал на свои первые Олимпийские игры, проходившие в швейцарском Санкт-Морице. В лыжном двоеборье поляк стал десятым, а в прыжках с трамплина — 37-м.

Вернувшись домой, Чех продолжил побеждать на польских турнирах по лыжному двоеборью, прыжкам с трамплина, в эстафетах и постоянно находился в центре внимания. В 1928 году голосование, организованное «Спортивным обозревателем», определило Бронислава Чеха уже на вторую позицию: лыжник уступил лишь легкоатлетке Халине Конопацкой. На втором месте этого рейтинга атлет окажется и год спустя.

Любовь к горам и экстриму

Еще на старте спортивной карьеры Бронислав Чех начал заниматься альпинизмом. Рассказывали, что уроженец Закопане прошагал тысячи километров по горным тропам, не отказываясь даже от рисковых экспедиций, которые требовали немало мужества. Иногда Чех брал с собой лыжи и после достижения вершины мчался на них вниз. Бронислав входил в немногочисленную категорию тех, кто практиковал что-то наподобие современного экстремального спуска на лыжах. Не зря кое-кто считал спортсмена неуравновешенным альпинистом.

Зачастую спутниками лыжника в покорении вершин становились известные альпинисты межвоенной Польши. После того, как группа с Чехом в составе взошла на одну из труднодоступных вершин в Высоких Татрах, в альпинизме зародилось новое движение. Его суть сводилась к стремлению покорять маршруты, которые прежде казались недоступными. Идейным вдохновителем такого тренда некоторые считали именно Чеха. Он отправлялся в горы с ведущими польскими альпинистами того времени и самостоятельно продумывал концепцию разметки новых маршрутов.

Однако лыжник несколько охладел к альпинизму и скалолазанию, став свидетелем гибели двух сестер-альпинисток. К тому же однажды Бронислав сам чуть не разбился, упав со стены, но уцелев благодаря собственной ловкости и нереальной координации. И все же Чеха тянуло к экстриму. Поляк увлекся планеризмом — посещал специальные занятия и совершал полеты.

После трагического случая спортсмен еще больше осознал важность своевременной помощи человеку, находящемуся в горах. Чех нередко становился участником экспедиций по спасению застрявших среди скал альпинистов.

Разносторонний и элегантный кумир

В 1932 году Бронислав Чех принял участие во вторых Олимпийских играх, которые на этот раз проводились в США. Правда, подготовка к стартам проходила в нервозной атмосфере, потому что Польский лыжный союз испытывал проблемы с финансами, и состав команды определили чуть ли не в самый последний момент.

Бронислав Чех остался без медалей и на этот раз, став седьмым в двоеборье и двенадцатым в прыжках с трамплина. Зато на соревнованиях в Польше лыжник одерживал победу за победой. Временами удача улыбалась и на международных турнирах. На фоне триумфальных выступлений спортсмена польское руководство решило наградить его Серебряным крестом Заслуги, мотивируя это тем, что Чех занимает лидирующие места на международных соревнованиях и пропагандирует Польшу за границей. Неудивительно, ведь в тридцатые многие называли Чеха лучшим лыжником Центральной и Восточной Европы.

Со временем у спортсмена появился интерес к тренерскому делу. Лыжник числился вольным слушателем варшавского Центрального института физического воспитания, а затем сдал экзамен и получил диплом учителя физкультуры и звание лыжного инструктора. Позже поляк даже стал соавтором книги о беге на лыжах и прыжках с трамплина. А к ОИ-1936 в Гармиш-Партенкирхене он подходил не только как спортсмен, но и как тренер лыжной команды. Во время тренировок уроженец Закопане уделял большое внимание дисциплине и порядку. Чеху доверили нести польский флаг на церемонии открытия Игр, но по итогам участия в соревнованиях лыжник в очередной раз оказался далек от медалей.

Хоть польский спортсмен ни разу не выиграл награды Олимпиад и чемпионатов мира, на родине его имя гремело. Лыжник был кумиром тысяч поляков, журналисты называли Бронислава Чеха человеком, который вывел зимние дисциплины в Польше на европейские арены. Уроженца Закопане в прессе называли душой польского лыжного спорта. Современники отмечали, что Чех мог буквально «вальсировать» на лыжах и завораживал зрителей своими действиями. А ведь Бронислав был невысокого роста и не обладал большой физической мощью. Его сильными сторонами считались техника, ловкость и необычайная легкость движений.

Рассказывали, что Чех не давал себе послаблений, постоянно тренировался и отличался невиданной работоспособностью. А после обрушившейся на него популярности лыжник совсем не изменился. Он оставался таким же скромным и простым парнем, который делился с окружающими хорошим настроением.

Много говорилось о том, как Бронислав Чех забоится о своем внешнем виде. Он выходил состязаться только в тщательно выглаженной одежде, а из-под свитера неизменно торчал белоснежный воротник. Как правило, лыжник прыгал с трамплина без головного убора. Если на улице было слишком холодно, то Чех все-таки надевал кепку, подобранную так, чтобы она сочеталась по цвету со всей остальной одеждой.

Так почему же он все-таки не выиграл медалей ЧМ и ОИ? Специалисты в один голос утверждали, что Бронислав Чех был слишком разносторонним, поэтому и не достиг наивысших результатов в конкретной дисциплине.

Горный курьер польского Сопротивления

Последним первенством, где выступил Бронислав Чех, стал чемпионат мира по горнолыжному спорту, который в феврале 1939-го проходил в его родном Закопане. В скоростном спуске поляк занял двадцатое место, а в слаломе — семнадцатое.

Жизнь после окончания спортивной карьеры обещала быть не менее интересной и насыщенной. На одной из вершин Западных Татр функционировала основанная Польской лыжной ассоциацией спортивная школа, где именитый поляк тренировал лыжников. Кроме того, вчерашний спортсмен был совладельцем спортивного магазина, расположенного на центральной улице Закопане.

Все планы Бронислава Чеха на будущее поломались осенью 1939-го, когда Германия напала на Польшу. Закопане быстро оказался под нацистской оккупацией. Сам же лыжник на некоторое время исчез из родного города. О местонахождении Бронислава не знали даже близкие.

На самом деле, поляк с начала войны влился в движение антифашистского сопротивления. Как человек, хорошо знающий Татры, он идеально подошел на роль курьера и стал помогать нужным людям выбраться из Польши. Чех проводил подпольщиков по горным дорогам, о которых враги и не подозревали, что существенно снижало риск напороться на засаду. Позже лыжник вернулся домой, но не переставал быть участником подполья и помогал переправлять людей в Венгрию.

Деятельность такой заметной фигуры, как легендарный польский спортсмен и тренер, не осталась без внимания гестапо. За Чеха начали волноваться друзья и соратники по подполью. Например, известный польский прыгун с трамплина Станислав Марусаж, который также стал горным курьером, настоятельно советовал Брониславу уехать в Венгрию. Лыжник категорически отказывался покинуть Закопане, хотя у него была еще одна веская причина бежать из Польши.

Бронислав Чех и Станислав Марусаж

До войны в спортивной школе, в которой работал Чех, вместе с ним лыжников готовил еще один специалист — австриец Зепп Рёрль. Пусть Чех с Рёрлем и трудились рука об руку, но Бронислав никогда не любил высокомерного Зеппа за его надменное отношение к полякам. Однако австриец был толковым тренером.

С появлением немецких войск в Закопане Зепп Рёрль с удовольствием начал помогать оккупантам. Австриец хорошо знал польский язык и часто выступал в роли переводчика во время жестких допросов в закопанской штаб-квартире гестапо. Именно по наводке Рёрля немцы арестовали многих молодых жителей Закопане. За время работы тренером австриец хорошо изучил настроение местной молодежи и знал, кто чем дышит. Все, на кого указал Рёрль как на неблагонадежных, были задержаны и оказались в гестапо.

Сильно сомневался Зепп и в Брониславе Чехе. Но австриец осознавал, что талантливый лыжник и сильный тренер может быть полезен Третьему рейху. Поэтому однажды Рёрль наведался к поляку домой с предложением, от которого не следовало отказываться. Чех должен был согласиться тренировать немецких лыжников, что гарантировало бы ему определенную защиту и неприкосновенность. Однако спортсмен отказался. В ответ на это Рёрль стал перечислять достижения Чеха, расхваливать его навыки и способности, обещал хорошие деньги за работу.

Когда до австрийца дошло, что уговоры бесполезны, он перешел на угрозы. В конце концов все свелось к тому, что Рёрль пообещал отправить Чеха в лагерь, если тот откажется сотрудничать с Германией. Поляк хорошо осознавал риски, но остался непреклонен. После разговора с Рёрлем лыжник жил в ожидании ареста, но решил никуда не бежать.

Один из первых узников Аушвица

«Я лучше умру как поляк, чем буду жить как предатель», — эту фразу Бронислав Чех произнес незадолго до своего ареста. За спортсменом пришли в мае 1940-го. Говорят, в день ареста Бронислав занимался тем, что очень сильно любил — рисовал.

Когда Рёрль снова появился в его доме, лыжник быстро все понял. Встал, надел пальто, вышел из дома и сел в машину, проследовавшую в местное отделение гестапо. Дальше — допрос, отправка в Тарнув, а затем в Аушвиц — новый лагерь, который только начинал принимать своих будущих жертв. Бронислав Чех оказался в первой партии узников и получил №349.

Сначала Чеха отправили работать в столярную мастерскую. После того как стало понятно, что 349-й номер обладает художественным талантом, его перевели в мастерскую, где занимались резьбой по дереву. Лыжник вырезал ложки, пепельницы и даже сабо.

Весной 1941-го коменданту Аушвица Рудольфу Хёссу приходит в голову идея создать лагерный музей. Там собирали различные ценные и антикварные вещи, отобранные у заключенных. Кроме того, узники, занятые в мастерских, создавали для музея декоративные рисунки, картины и макеты, демонстрирующие планы расширения лагеря. Также заключенные по заказу эсэсовцев изготавливали многочисленные предметы художественного мастерства: открытки, портреты, иллюстрации к немецким легендам и многое другое.

Для Бронислава Чеха искусство стало возможностью отвлечься от лагерной реальности. Лыжник был чувствительным и закрытым человеком, но не сдавался и боролся с тоской и отчаянием. Он писал картины на стекле, а когда такой возможности не было — рисовал углем на обрывках бумаги. Спортсмен с ностальгией вспоминал любимые горные пейзажи и пытался их воссоздать.

В лагере нацисты несколько раз предлагали поляку свободу взамен на согласие тренировать немецких лыжников. Но Чех постоянно отказывался, напоминая, что лучше останется поляком в лагере, чем будет предателем на свободе. Польская диаспора в США предлагала выкуп за знаменитого земляка, для чего были собраны 30 тысяч долларов. В гитлеровскую рейхсканцелярию шли письма с просьбой посодействовать освобождению легендарного лыжника. Но немцы дали понять, что на свободе Чех окажется, лишь приняв их условия.

Когда в Аушвице организовали польское подполье, спортсмен, не раздумывая, примкнул к нему и начал выполнять задания лидеров. Заговорщики, которым удалось пройти через концлагерь и выжить, вспоминали, что Чех всегда старался найти слова поддержки и сумел сохранить свою доброту и человечность даже в адских условиях. А еще Бронислав много говорил о горах, лыжах и, конечно же, о доме.

Последняя весна

После закрытия лагерного музея Аушвица Бронислава Чеха перевели на другие виды работ, где нацисты относились к нему намного хуже. За любую провинность спортсмена избивали, иногда до потери сознания. И теперь, когда Чех лишился возможности заниматься искусством — единственной отдушины в концлагере, он стал увядать на глазах. Но в письмах, которые отправлял домой, он, как и раньше, уверял, что с ним все в порядке. Он ни разу не упомянул, что его здоровье стремительно ухудшается.

Свое последнее письмо домой Чех отправил 22 мая 1944 года. Он представлял, что весна в Закопане в это время особенно прекрасна, и писал об этом. Лыжнику очень хотелось дождаться освобождения, но сил жить уже не осталось.

Бронислава Чеха поместили в лагерный госпиталь, но у местных медиков не было ресурсов, чтобы ему помочь. Четвертого (по другим данным — пятого) июня 1944 года легендарного польского спортсмена не стало. В момент смерти рядом с лыжником находился известный во Второй Речи Посполитой скульптор, тоже узник Аушвица, Ксаверий Дуниковский. Он рассказывал, что был теплый солнечный день, а на лагерной площади цыгане играли веселые мелодии. Но узнав, что скончался Бронислав Чех, цыгане прекратили играть задорные мотивы и исполнили похоронный марш Шопена.

Брониславу Чеху на момент смерти было всего 36 лет. Как и большинство погибших в Аушвице, спортсмен не имел возможности быть похороненным: его тело погрузили на грузовик и отправили в крематорий. Символическая могила Чеха появилась после войны на старом закопанском кладбище.

В Польше именем Бронислава Чеха названы соревнования, учреждения образования и улицы во многих городах. Знаменитый лыжник довоенной эпохи и сегодня воспринимается уникумом, который покорил Европу своей разносторонностью. А тот факт, что атлет отказался сотрудничать с оккупантами и осознанно отправился в лагерь, делает фигуру Бронислава Чеха еще более легендарной.


Смотри статистику противостояний любимых команд в разделе «Аналитика» на сайте и в приложении Parimatch. Регистрируйся, изучай статистику и выбирай исход матча.

Спецпроект подготовлен при поддержке ООО «Статускво», УНП 101011505.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner запрещена без разрешения редакции. ng@onliner.by

Источник: Сергей Солонкевич. Фото: wikimedia.org, culture.pl