819
02 января 2021 в 8:00
Автор: Никита Мелкозеров

«А потом за ручку бегали от ОМОНа…» Истории любви, которые могли случиться только в Беларуси

2020 был такой, что ну его лесом. Но это первичная эмоция. Если разбираться, то, в принципе, есть за что его благодарить. Беларусь провела уникальный год, который провоцировал соответствующие ситуации. Мы поговорили с новоиспеченными парами, истории чьих любовей стартовали в не самой тривиальной обстановке. Да и свидания происходили далеко не по канону. РУВД, цепи солидарности, марши, студенческие акции, залы судов, встречи возле СИЗО. Текст про то, что любовь всегда найдет себе место.

«Слепил ей в Жодино сердечко из хлеба»

Кто: Надя и Женя

Где познакомились: в РУВД

Оба — студенты БГЭУ. Ну то есть на момент знакомства было так. После Надю отчислили. Ребята вспоминают, что 12 октября был марш пенсионеров, на котором силовики применили спецсредства. На следующий день студенты нархоза провели достаточно массовую акцию на ступеньках четвертого корпуса. Плакаты, песни, кричалки, аплодисменты — полный набор. Собрание вызвало большое внимание администрации. Студентов снимали на камеру.

Изначально акция закончилась выговором для них. Однако через неделю десятке простых и молодых ребят пришлось дружно идти в РУВД по повесткам. Повестки вручали в деканате. В милиции Надя с Женей и познакомились.

БГЭУ — большой универ, много корпусов. Женя и Надя вообще никак не пересекались. Тем более разные факультеты и разное время учебы. Теоретические шансы пересечься как бы были (Надя участвовала во всем университетских конкурсах), но не случилось.

— На удивление мы стали переписываться не по этой причине, — вспоминает Женя. — Я сидел на карантине после COVID-19. Надя интересовалась делами. Я спрашивал, что там с ее отчислением.

— Студенткой я перестала быть практически сразу после суда. Он прошел 30 октября. Буквально накануне по всем новостным лентам страны разлетелись самые высокие мнения по поводу протестующих студентов. Мол, нечего нежничать. На сутки меня в итоге не отправили, — говорит Надя. — Когда вышла из суда, отправилась в университет, приложила пропуск, но все — он уже заблокирован. Мне позвонили через минуту и рассказали о приказе на отчисление.

— Наде дали 15 базовых, — дополняет Женя. — Я с карантина вышел примерно в середине ноября. 27-го числа поставили суд. В итоге получил 15 суток.

После вынесения постановления Женя отдал Наде свои телефон и сердечко. Сердечко, кстати, материализовалось после — в Жодино.

— Он мне его из хлеба вылепил.

— Грустил иногда, как там Надя, как родители. Мужчины, с которыми мы сидели, начали лепить шашки из хлеба. Я подумал: «Почему бы сувенир не привезти девушке?» Хотя на тот момент просто хорошей знакомой. Вот я и лепил его часа полтора-два. Хотел сделать идеальным. Что-то получилось. Я его посушил. Сердце стало каменным. Думал по выходу отшлифовать его, но решил, что красота должна быть первозданной.

Ребята считают, что все происходившие в 2020-м события повлияли на быстрое укрепление их отношений.

— Когда Женя «присел» на сутки, на следующий день мы начали общаться с его родителями по поводу передач и так далее. Всем было морально тяжело. Но несмотря на то, что мы с Женей знали друг друга буквально пару недель, я поехала к его родителям в Слуцк, чтобы люди хоть чуточку пришли в себя.

Честно, я была в шоке. Мы изначально поговорили с Жениным папой. На следующий день  позвонила его мама, чтобы узнать хоть какую-то информацию. Она заплакала. Я поняла, что оставлять это так нельзя. Написала потом папе: «Может, мне к вам на чай приехать, если такие переживания?» Думала, ответ будет: «Да нет, не надо, мы сами как-то». Типа вежливо предложила, вежливо отказались. Но папа написал: «Конечно, приезжай». Поехала. Правда, на месте не призналась, что у нас с Женей романтика, — смеется Надя.

Надя и Женя честно признаются, что до сих пор угорают над историей своего знакомства.

— У нас даже в переписке есть Женино сообщение: «Мы общаемся три дня, а такое ощущение, что три года знакомы».

— А по факту общаемся пару месяцев минус мои 15 суток. И да, понятно, что знакомство в экстремальной ситуации убыстрило процесс. В мирное время все бы развивалось медленнее.

«Схожу на свидание, если пообещаешь не голосовать досрочно»

Кто: Паша и Лера

Где познакомились: в Tinder

Паша стал посещать пикеты альтернативных кандидатов в июле. Параллельно сидел в Tinder. Свайпал-свайпал и насвайпал Леру, у которой в описании профиля было написано: «Схожу на свидание, если пообещаешь не голосовать досрочно». Свайпы ребят совпали — они начали общаться.

Настали выборы — Паша поехал в Брест голосовать. Лера осталась в Минске. Переписка продолжалась. Когда началась заваруха, Паша какое-то время оставался в родном городе. Думал, за полмесяца все разрешится. Не разрешилось до сих пор. Парень решил двигать обратно в столицу. Стоял теплый конец августа. Паша и Лера наконец встретились и пошли гулять.

Разговоры складывались более-менее обычные, хотя, надо быть честным, 9 августа добавило общих тем. Какое-то время Паша и Лера делились увиденным в Бресте и Минске соответственно. Переписка шла параллельно и была очень активной. Парень вспоминает, что однажды обоим стало странно и даже стыдно. В тот день темы разговора были исключительно «мирными». Парень и девушка словили непривычные для той стадии протеста ощущения.

— Наше второе свидание прошло в пикете на «Пушкинской». Потом мы бегали за ручку от ОМОНа…

Да, романтикой в случае ребят оказались походы на воскресные марши. Так продолжалось до восьмого ноября. В тот день ребята стояли на мосту возле ТЦ на Немиге. Засмотрелись на парад бусиков, которые, кажется, свезли со всей республики. В итоге упустили момент для отхода, встретив большую группу бойцов из ГУБОПиК.

— Думал, одиноко выйду со своих десяти суток, побреду на автовокзал за чебуреком и покачу на маршрутке в Минск. А в итоге у меня даже плакат «С возвращением» был.

У двоих парней сдали нервы — побежали. Остальным троим пришлось делать то же самое. Не хотелось, чтобы кто-то со спины положил руку на плечо, сказав: «Пройдемте». Паша не настолько изучил город, чтобы знать, куда бежит. Оказалось — по направлению к зданию ГУБОПиК. В районе еще и происходила стройка. Гонка по узким улицам закончилась в Советском РУВД. Там Паша до ночи рассматривал забор.

Парень не знал, что с друзьями и его девушкой. Первые три дня через щель в двери пытался высмотреть фиолетовые волосы Леры и различать голоса.

— Меня словили на лестнице. Я пропускал девочек вперед, возник затор. Когда вышел, мне рассказали, что я успел надавать команд. Лера остановилась и не знала: оставаться или бежать. Я такой: «Все хорошо, хорошо все. Иди». Я весь срок думал, что показывал глазами это. А потом оказалось, что проговаривал. Тогда много людей задержали. Было не так обидно, как если бы я оказался в числе 30—50 ребят, которым откровенно не повезло.

Лера встречала Пашу после Жодино, а затем вместе с ним еще и отсидела карантин по поводу приобретенного в тюрьме «ковида». Событий на полжизни.

— Невероятно! — говорит Паша. — Она организовала мою встречу из Жодино, собрала друзей и родителей во все чаты и координировала их. Занималась передачами и позвонила на все мои работы, чтобы никто не волновался. В результате наниматели нашли адвоката. Правда, я узнал, что он у меня был, только после отсидки.

Меня реально встречало море людей. Было очень приятно. Потому как я, сидя в Жодино, думал, что одиноко выйду со своих десяти суток, побреду на автовокзал за чебуреком и покачу на маршрутке в Минск. А в итоге у меня даже плакат «С возвращением» был. Все по высшему разряду.

Паша и Лера понимают, что если бы не поствыборная ситуация, развитие их отношений было бы более размеренным. А так сближение получилось очень интенсивным. Общие впечатления объединяют. Паша говорит, на фоне кризисных явлений шансы найти вторую половину, с которой можно построить серьезные отношения, возрастают.

«Мы бы не познакомились, если бы не выборы»

Кто: Вадим и Настя

Как познакомились: на Партизанском марше

Стояло 18 октября. В городе-герое происходил Партизанский марш. На нем и случилось знакомство. «Я — Настя. Привет». — «Привет, я — Вадим». Ну и все, в принципе. Девушка оказалась чрезвычайно бойкой. Парень несколько опешил. Стал спрашивать друга, который их познакомил, типа нормальная ли: «У нее сто процентов что-то с головой». — «Не обращай внимания, мы дружим очень-очень давно, она на самом деле нормальная». — «Ну ладно».

Вадим — вообще коварный тип. На момент знакомства с Настей у него еще были отношения, которые, правда, финишировали вечером после марша. Не по причине знакомства. Просто так вышло.

— Я на нее вообще внимания не обратил. Но через две недели мы снова пересеклись на марше. Хапун начался на оперном. Она идет впереди и перерезает путь бусам. Я пытаюсь догнать. Она показывает: «Беги!» Я вообще не понимал, что происходит. А тут выбегают какие-то люди, перезаряжают ружья. Ну все — я побежал. Две остановки без перерыва до «Белой вежи».

Вадим остановился в панике. Но друг сообщил, что Настю не забрали. Каким-то чудом.

— На следующий день я проезжал мимо ее дома: «Пойдем на кофе, может быть». Посидели, пообщались. Через пару дней сходили еще раз погулять. Оказалось, что я ей нравился и до того. Чувства приобрели взаимность. Стали друг о друге заботиться.

Мама потом звонила: «Дурак, если упустишь такую девушку, я тебя из дому выгоню».

13 декабря Вадика забрали. Был районный марш. Ребята побежали прятаться в магазин.

— В общем, я тупанул. Мне надо было просто бежать мимо, а я дернулся в этот магазин за ней. Меня скрутили перед овощным отделом. Я такой: «Ребята, сам пойду». Бус, автозак, РУВД. Задерживали адекватные пацаны. Говорили: «Не переживай, бить не будем. Позвони, кому хочешь». Даже водички дали попить. Я набрал Насте: «Я не шучу, меня задержали». На другом конце трубки очень сильная истерика. Как будто ее режут.

13-го — задержание. 14-го — суд, который постановил административный арест на 11 суток. Сперва три дня на Окрестина. После — СИЗО Барановичей.

— Писал Насте письма. Аккуратные. Не рассказывал, что после буса попал в автозак к не самым приятным ребятам. Задерживали и оформляли в РУВД — ровные пацаны. А в автозаке меня били. Не хотел, чтобы мама и Настя беспокоились.

В письме она рассказала, что познакомилась с мамой под РУВД. Они друг друга поддерживали, общались. Девушка моя подняла на уши всех друзей, папе позвонила, все РУВД обзвонила, всех дежурных задрала, а потом каждый день мне набирала тексты в «телегу», огромные сообщения. Когда вышел, читал как книгу. Было очень приятно. Я человек не сентиментальный, но когда меня встречали, чуть не всплакнул.

Папа плакал. Потом сказал мне, что Настя — крутая. Мама потом звонила: «Дурак, если упустишь такую девушку, я тебя из дому выгоню». Признали, в общем. Я думаю, мы бы не познакомились, если бы не выборы. Меня внешка особо не цепляет, а мирная жизнь не дает шансов быстро проявить себя. А тут в сжатые сроки произошло столько всего, что придумать сложно.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш Telegram-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Никита Мелкозеров