Наталья Кочанова на встрече со студентами БГУ: «В интернете все — ложь. Наша ошибка в том, что мы много делаем и мало об этом рассказываем!»

 
191
03 ноября 2020 в 18:07
Автор: Настасья Занько, Александр Владыко, Дарья Спевак, Никита Мелкозеров. Фото: из архива студентов

Сегодня в Белгосуниверситете случилась неожиданная встреча студентов и председателя Совета Республики Национального собрания Натальи Кочановой. Студенты рассказали Onliner, что изначально их звали к 15:30 на встречу с ректоратом, но в аудиторию пришла Кочанова. Студенты общались с ней на географическом факультете в поточной аудитории №312. Всего в зале присутствовали около 50 студентов с разных факультетов. Разговор стартовал в 16:00 и закончился только в 19:20. О чем Наталья Кочанова почти 3,5 часа говорила в БГУ? Читайте в нашем материале.

«Практически все ребята — активисты, кто-то был наблюдателем на выборах, кто-то сидел „сутки“, поэтому идут жаркие дебаты», — рассказали нам студенты и полную аудиозапись разговора.

«То, как распределились голоса, — это правда»

Первый вопрос был от студентки 4-го курса факультета философии и социальных наук Анны.

— То, как распределились проценты на выборах, мы уже не узнаем, и нет механизмов узнать, у кого сколько процентов. Но совершенно очевидно то, что некоторая часть общества не проголосовала за Александра Григорьевича Лукашенко, а следовательно, не проголосовала за политику действующей власти. Тем не менее это часть белорусского общества и белорусского народа. Как вы, Наталья Ивановна, и действующая власть воспринимаете этих людей? Кто эти люди для действующей власти? Какой посыл хочется им дать? И почему применяются непропорционально насильственные формы коммуникации по отношению к этой части белорусского общества?

Наталья Кочанова начала отвечать, рассказывая о развале СССР. Студенты попробовали ее перебить: «Ну это же конкретный вопрос». Кочанова стала рассказывать о тяжелом 2020 годе.

— COVID-19, непростая ситуация, потом выборы, — говорит она. — Выборы проходят в соответствии с избирательным законодательством. <...> Вы видели, какое начало было положено этой избирательной кампании, когда начались оскорбления в адрес власти. <...>

Выборы 9 августа, досрочное голосование начинается со вторника. Все, кто не был сторонником действующей власти, были призваны не идти на досрочные выборы. И на досрочные выборы те люди, которые не поддерживали президента и действующую власть, не пошли. 41% пришедших на досрочное голосование были сторонниками действующей власти. <...>

День выборов, 9-е число, опять мы слышим призывы прийти в конце дня, не идти раньше, чтобы создать очереди на избирательных участках и таким образом вызвать недовольство ситуацией. <...> Когда на некоторых избирательных участках огромные очереди, было принято решение ЦИКа дать людям проголосовать.<...> Я звоню, начинаю уточнять, где есть очереди, буквально через 20 минут (максимум 30) мне говорили: там очереди уже нет, там нет, там нет. О чем это говорит? О том, что многие там собирались, чтобы просто выразить протест и создать неудобства для власти. <...>

Я никогда не думала, что в нашей стране такое может произойти, никогда. Потому что никаких посылов, чтобы это произошло, я в нашей стране не видела.

И вот я сажусь в машину, мы едем по проспекту Победителей. Было минут 20 десятого, и уже толпы разъяренной молодежи неслись нам навстречу и кричали «Жыве Беларусь!». Когда 9-го еще не были подсчитаны голоса, не было итогов 100%, уже были вот эти протестные акции, уже начали бросаться на сотрудников милиции. И если кто-то в это время смотрел Euronews (а я смотрела), то там показывали, что стояли четыре сотрудника милиции и на них бросалась толпа разъяренных мужиков, срывали рубашки.

Поэтому говорить о том, что это все было из-за того, что украли чьи-то голоса или неправильно подсчитали, неправильно. Я понимаю, вам трудно осознать, но я говорю вам факты. Ночь с 9 на 10 августа — это не подсчет голосов, и не избранный президент, и не все остальное, можете не сомневаться. Если бы это были результаты выборов, то это было бы не в ночь с 9 на 10 августа, а гораздо позже, когда были объявлены результаты выборов. <...>

То, как распределились голоса, — это правда. Как бы вам ни было [неразборчиво] это осознавать. Но поверьте! Вы сами прекрасно понимаете. Я, чтобы вы знали, со Светланой Тихановской тоже встречалась, и с Дмитриевым, и со всеми остальными я встречалась еще до выборов. Я прекрасно видела и отдавала себе отчет, кто и что из себя представляет. Для того, чтобы быть президентом страны, мало красиво говорить.

Студентка попросила Кочанову отвечать на вопрос по поводу сверхнасилия. Девушку поддержали.

— <...> Когда бросались на ребят, как нужно было поступить? А вы посмотрите другие страны <...>, — отметила Кочанова. — И как бы вам нравилась или не нравилась власть, она сегодня власть. <...>

Я тоже представитель власти, и я не считаю, что я своей жизнью прожитой, своей работой сделала что-то плохо для народа. Не считаю.

Слово взяла Виктория, третьекурсница исторического факультета.

— Я лично видела, как представители ОМОНа били людей, а девочкам говорили: «Смотрите, суки». Вы считаете, что такое обращение уместно? Били мальчиков даже за покрашенные волосы, говорили: «Вы пидоры». И били их. Что вы думаете по поводу этой ситуации? 

— В первые дни после выборов было много различных фактов, которые выбрасывались и в «Радио Свобода». Я прекрасно знаю все эти средства массовой информации. И все прекрасно понимаю. <...> Что касается отношения в плане оскорбительных слов, я вообще это не приемлю. <...> Это плохо. Развести ситуацию, когда кто-то там кого-то бил... А представьте, вы против, вы выходите на эти акции по доброй воле, вас туда никто не приглашает, а приглашает Telegram-канал. По большому счету, если вы хотите провести законную акцию, вы должны подать заявление в местные органы власти и заявить о проведении массового мероприятия. Если у вас такового нет, это незаконно. Если делаете незаконные действия в нашем государстве — это плохо. Но те ребята, которые шли защищать свою страну и свой народ в тот момент, они тоже пострадали, и очень серьезно. И когда на них начался литься ушат грязи — это тоже плохо. <...>

— Если кто-то оскорбит вас, то вы сможете его наказать. Я думаю, одного звонка хватит. Вас закон сможет защитить, — продолжила Виктория. — А мальчика, которого ОМОН назовет «козлом» или, извините, «пидорасом», его никто не защитит. Он может написать миллион заявлений в милицию, и их даже не примут. Закон работает только в одну сторону. Вот о чем идет речь.

«Я ведь у вас глобально спрашиваю, что плохо, что вас не устраивает в нашей стране?»

Студент Виктор рассказал, как был наблюдателем на избирательном участке в Минске. Он отмечал, что его не пустили на участок ни во время досрочного голосования, ни во время основного.

— Я видел своими глазами, как в один из дней досрочного голосования я и мои коллеги-наблюдатели насчитали 27 потенциальных избирателей. В этот же день в протоколе было записано, что проголосовали 62 человека. То есть...

— То есть вы понимаете, что те вещи, о которых вы сейчас говорите, 20, или 30 человек, или сколько их там было, плюс наблюдатели. Они все фальсифицировали? Я вас умоляю. Во-первых, — перебила парня Кочанова. — Во-вторых, Виктор, скажите, ваше желание пойти наблюдателем, оно складывалось из каких целей? Что вам не нравилось в государстве и стране?

— Вы знаете, я пошел туда не потому, что мне что-то не нравилось, а для того, чтобы осуществить процесс наблюдения за выборами. Безусловно, я читал в интернете разные мнения. Кто-то говорит, что выборы сфальсифицированы, кто-то — что нет. Вот я и пошел туда, чтобы разобраться и увидеть это своими глазами. 9-го числа я увидел, как на участок входили где-то 700 человек. В протоколе участка было меньше 500. Вы понимаете, что я там сидел, и эти результаты [в протоколе] не вызывают у меня никакой уверенности. Я просил председателя комиссии правильно подсчитать голоса. На что она мне ответила: «Вы же понимаете, все у нас будет прекрасно». В 20:00 участок был перед моим носом закрыт на ключ, подсчет голосов произошел за закрытыми дверями, я наблюдал из окна. Протоколов в тот вечер нам никто не дал, результатов нам никто не сказал, и в итоге члены комиссии и наблюдатели, которые там были, просто сели в автобус и уехали.

— Во-первых, я так скажу, чтобы вы понимали. То, что вы каждый сейчас начнете рассказывать, я слабо в это верю, так как вы высказываете свое мнение. Прежде всего. А то, что происходило на избирательных участках в городе Минске, в городе Минске — я подчеркиваю. Это тогда, когда участковые комиссии увозили бюллетени на автозаках, потому что были заблокированы избирателями, я такого не встречала вообще!

— Это было на других участках, на моем было по-другому, — пытался парировать Виктор, но Наталья Кочанова продолжала.

— Понимаете, я думаю, что вы сейчас рассказываете мне вещи, которые вы из Telegram-каналов прочитали [неразборчиво], а я ведь у вас глобально спрашиваю, что плохо, что вас не устраивает в нашей стране?

Начался шум, одновременно стали говорить несколько студентов, но Виктор заявил, что не закончил, и задал вопрос о несанкционированных акциях. По словам Виктора, механизм санкционирования очень сложен и согласовывающие органы могут легко саботировать процесс, даже просто уйдя в отпуск или отказавшись поставить подпись.

— Есть люди у нас в обществе, которые очень хотят выразить свое мнение, при этом на несанкционированных акциях они это делать не могут, потому что это нарушение законодательства, но санкционировать акцию, по моему личному мнению, практически невозможно, если власти не хотят, чтобы она была санкционирована, — отметил он.

— Скажите, те акции, которые проводил штаб Бабарико, Колесникова и все остальные, они их проводили все время, их охраняли и обеспечивали порядок.

— Это были не их акции, это были акции... — не успел закончить Виктор, но Кочанова не прервалась, чтобы его дослушать.

— Знаете что, давайте так, если вы мне сейчас начнете рассказывать про вашу прикладную математику, то я вам ничего не отвечу, потому что не знаю. А если вы не очень знаете, а черпаете информацию только из интернета, то это не значит, что это правда. Для того, чтобы провести несанкционированное мероприятие (я еще раз поясню) нужно обратиться в органы власти, где есть четкий регламент, установленный законом об обращениях граждан. Я вам могу сказать: и такие акции проводились по всей стране, когда они проходили в установленном порядке.

«Ребята, не надо портить себе жизнь. У вас все впереди! Вы завтра будете руководить страной!»

Дальше был большой спич Натальи Кочановой о прошлом, настоящем и будущем. Мы не станем приводить его полностью, опубликуем лишь частично.

«Вы сейчас на этой волне... послушайте меня. Я сейчас часто встречаюсь с молодежью и хочу достучаться. Ребята, не надо портить себе жизнь. У вас все впереди! Вы завтра будете руководить страной! Не в переносном, а в прямом смысле! Жизнь показывает, задумайтесь над этим и вспомните.

Все это проходит в год 75-летия Победы. Да, вам это кажется далеко, а мы с этим выросли. И я никогда не предам то старшее поколение, которое отстояло свободу и независимость. Вам это кажется смешным? А нам не смешно. Армения, Нагорный Карабах, Кыргызстан...

Я была свидетелем всего того, что происходило в Украине и Югославии. Нам остался один шаг. Вы провоцируете, ваши мирные, казалось бы, акции показывают — это все было в Украине. И я в 1989 году была в Югославии.

К слову о свободе: мы вообще могли выехать только туда. Великолепная страна, в магазинах все что хочешь, полное изобилие. И через несколько лет эту великолепную страну разбомбили. В Белграде до сих пор стоят невосстановленные здания. И разорвали страну на части. Людям лучше стало?

Украина! У меня младший брат 20 лет прожил в Украине, у него жена украинка. Он жил, когда это была мощнейшая страна, и сегодня, когда все земли скупили. Там, где он жил (в Херсонской области), все земли скупили турки, а украинцы работают на этих землях, обрабатывают ее.

«Скажите, место распределения, работа есть. Что еще нужно? Мешок с деньгами?»

В нашей стране не надо два нефтеперерабатывающих завода, нам одного более чем достаточно. Но государство понимает и президент контролирует: это люди, это работа, это стабильный заработок. Поэтому идем на сохранение промышленного предприятия. В Украине было 7 нефтеперерабатывающих заводов — сегодня нет ни одного. Вы этого хотите? Я лично нет. Я не о себе беспокоюсь. И президент беспокоится не о себе. Мы уже прошли... Как будете жить вы и ваши дети? Мы хотим жить в мирной стране. Если полетят бомбы, если будет конфронтация, если общество разделится, как сегодня... Что сделали бы вы? Почему мы должны идти на конфронтацию друг с другом?

Вчера (судя по всему, речь идет об августовском визите Лукашенко. — Прим. Onliner) рабочим МЗКТ тогда сказала: «Слушайте, мне стыдно за вас!» Объясню почему! Потому что вчера они все хлопали, а сегодня... И никто раньше в предвыборный год не говорил: «Наталья Ивановна, слушайте, у нас тут беспредел!» Нет! Говорили: «Нам надо дом построить, нам надо землю, нам — квартиру». Не удивляйтесь, ребята.

Вы 1998—1999 годов рождения. Выросли в то время, когда все воспринимается как данность.

Я была в аудитории с врачами. И после встречи ко мне подошел молодой врач, красивый парень, говорит: «Вы знаете, мне государство ничего не дало». Стоп! Что такое государство? Роддом, школа, университет, академия. Скажите, место распределения, работа есть. Что еще нужно? Мешок с деньгами? И я тогда поняла: мы много недодаем молодежи, чтобы они понимали, что такое госаппарат.

Вот пожалуйста, я вас приглашу на совещание заседания Совета Республики. Вы послушайте то, о чем мы говорим. Жалко, что вам ваши коллеги, ректор, проректор не довели основополагающее.

Вот вы говорили про «ковид». А у власти Беларуси надо было брать пример. Когда люди засомневались вначале, мы не закрыли ни учреждения, ни предприятия. Пригласили ВОЗ, они приехали, я с ними встречалась. Они сказали: так, как лечите вы... нам удивительно, что вы так много делаете и не показываете. Я отношу это на свой счет, что мы много делаем и мало рассказываем вам. Чтобы вы не из интернета ложную информацию брали.

Вы знаете что — я не читаю там ничего. И ничего не хочу знать. Все, что там написано, — ложь. Лишний раз читать про себя я не хочу. Кому нужна правда — расскажу.

«Я всегда что думаю, то и говорю. Везде. И у президента на совещании. Он всегда ко мне прислушивается»

Речь зашла о коронавирусе, и Наталья Кочанова рассказала о том, как работает система здравоохранения, о том, какая сейчас обстановка с коронавирусом, и добавила, что сама перенесла COVID-19.

— Сегодня государство тратит огромные средства на то, чтобы решать вопросы с COVID-19, — отметила она. При этом заявила, что отсутствие карантина «было абсолютно правильным решением, потому что карантин и жесткие меры ничего не дали».

Студент Александр, запустивший 3D-печать деталей для аппаратов подачи кислорода, сказал, что сейчас медики пишут ему и просят помощи.

— Почему они не могут с такими вопросами обратиться к вам? — уточнил студент. Кочанова спросила, в чем заключаются просьбы медиков.

— Вот конкретно на прошлой неделе я передавал в две больницы в Барановичах насадки для концентраторов и аппаратов искусственной вентиляции легких. <...>

— Ну, Саш, послушайте, давайте вы останетесь. Я просто скажу, почему меня это заинтересовало. Я вообще занимаюсь этой проблемой, «ковидом», в стране начиная с весны. Вот сегодня буквально я проводила селекторное совещание со всей страной. И, понятно, на первом этапе инфекции, когда она была неизведанная, были ошибки. Это правда. Поэтому я была и в Витебске, выезжала, мы встречались с врачами, со всеми. Мы видели, какая проблема. Действительно, она и сегодня есть. Но каждый раз — мы проводим селекторное совещание по меньшей мере 2—3 раза в неделю — мы всех главврачей Минска и всей страны всегда спрашиваем: что нужно? Средствами индивидуальной защиты [все] должны быть обеспечены — вот сейчас не менее чем на два месяца. В той волне у нас были проблемы, поэтому мы сразу перепрофилировали предприятия на выпуск масок и всего остального. Закупили в Китае станки для изготовления масок, начали шить наши предприятия «Беллегпрома» костюмы и все остальное. Это делалось быстро и «с колес». И точно так же закупались все препараты и все остальное, поэтому сегодня ни одна больница и ни один врач, с которыми мы проводили совещание… Они говорят, что у них все есть. Другое дело, что, может быть, где-то еще точки подключения кислорода нужны дополнительно. Вы мне скажете кто, а я помечу. Я всегда говорю: «Если есть проблема, вы ж не молчите».

— Я всегда что думаю, то и говорю. Везде. И у президента на совещании. Он всегда ко мне прислушивается, — отметила в разговоре Кочанова.

— Вы говорите, что вам не нравится во власти, — начал магистрант исторического факультета Александр. — Не нравится то, что тот человек, который не поддерживает Александра Григорьевича и его курс, — это враг власти. Почему во всех цивилизованных странах разрешено быть представителем левой партии, правой партии, представлять кого угодно. У нас можно, но, если ты хочешь быть заведующим кафедрой, деканом, главой завода, — нет, ты должен поддерживать только одного. Мой вопрос в том, почему мы враги? Почему по белорусскому телевидению показывают, что если кто-то ходит с бело-красно-белым флагом, то он фашист и предатель? 

— А что такое бело-красно-белый флаг, вот вы историк, должны знать.

— Я историк, и я знаю, что Клавдий Дуж-Душевский, который разработал этот флаг, помогал евреям в годы войны, как он погиб и так далее и тому подобное. Неважно, какой у человека флаг. Главное, что у него в душе. Передайте Александру Григорьевичу, что не надо давить на бело-красно-белый флаг, признайте его законным. Это вам совет от молодежи, если хотите. 

После спича Александра раздались аплодисменты.

— Знаете, можно любить или не любить. Я не сказала, что народ не любит власть, это неправда, народ любит власть, уважает власть. Вы можете иметь свое мнение. Но его нужно высказывать цивилизованно. Вы имеете отличное мнение. Сказали своему ректору, или проректору, или еще кому-нибудь. Сказали бы: «Андрей Дмитриевич, вот мы хотим выразить свое мнение». Флаг вам нужен, там что-то еще, давайте пригласим сюда кого? Кочанову, Иванова, Петрова. Давайте пригласим президента. И он бы к вам приехал. Я нисколько не сомневаюсь. <...>

— Когда вас просят, мы говорим: «Ну не идите сегодня на акции протеста. На улице диалога не будет, на улице эти вопросы не решаются», — говорит чиновница.

Ее пытаются перебить студенты.

— Так, ну-ка, я ж вам в бабушки гожусь, — одернула студентов Кочанова и продолжила: — На улице вопросы не решаются, решаются здесь, в аудитории. Вы вот говорите, Александр, почему, если кто-то не поддерживает Лукашенко, он враг. Неправда!

— Правда! Правда! — возмутились студенты.

— Это неправда! — отметила Кочанова. — Для того, чтобы понимать, что это неправда, я вам предлагаю: видите неправду, правильно, нужно про это говорить, но нужно говорить цивилизованно.

Когда Кочанова в который раз спросила, что не устраивает студентов, тот самый Александр ответил, что его «со школьных лет не устраивало хамство и невежество чиновников».

— Есть ли кто-то из Новополоцка? Нет. Со своей стороны хамства и невежества я не увидела, — отметила Кочанова. — Ребята, какие бы хорошие законы мы ни принимали в стране (а они у нас хорошие), все дело в нас. Да, я допускаю, что вы могли нарваться на таких чиновников, потому что это социум, это люди. Не повезло.

— Но то, что все чиновники невежды и хамы, — это неправда, — объясняет Наталья Кочанова, — потому что так, как работают чиновники у нас в стране, мало где работают. Потому что прежде чем идти работать чиновником, у тебя должна быть абсолютно честная и чистая биография, доходы, расходы и все остальное. И это работа очень непростая. Эти люди работают без выходных, у них ненормированный рабочий день. Они работают не на то, чтобы там себе какие-то блага заработать, а на то, чтобы был порядок в стране. Выступая перед выборами, президент говорил о геополитическом разделе мира, и это правда, вы это должны понимать. Отойдите от своих Telegram-каналов и почитайте другую информацию, аналитику.

— А где почитать? «Беларусь 1»? «Беларусь 2»? Вы видели, что там показывают? Вам нравится? — засыпали студенты вопросами Кочанову.

— Я очень критично отношусь к телеканалам. Очень критично, — отметила она. — К сожалению, у меня не так много времени, чтобы их смотреть. Но пару раз довелось посмотреть. С критикой отношусь. Но во всяком случае информация о нашей стране и та политика, которая проводится, вы должны это знать.

«Вы что, думаете, президент держится за власть? Или, например, я? Нет, придете завтра, переработаете»

Студент Дмитрий задал Кочановой вопрос о справедливости двойного наказания для молодых людей, которые отбыли сутки, а после могут быть лишены стипендии или вовсе отчислены за пропуски. Ведь административное наказание не является уважительной причиной для отсутствия студента. Эта реплика спровоцировала напористый спич чиновницы с отсылками исторического и личного характера.

— Скажите, а сколько раз нужно предупредить человека о неправомерности его действий?

— Можете ответить на мой вопрос, а после я отвечу на ваш?

— Что могу сказать? <…> На мой взгляд, даже как человека, а не должностного лица… Я этого придерживалась всегда. Я очень законопослушный гражданин. Потому что понимаю: беззаконие — это просто страшно. Мы сегодня хотим сохранить мир и спокойствие — это важно.

Кочанова перешла к силовым структурам.

— Почему на них сегодня выливается столько грязи? На них, на их родных и близких. Они такие же люди. И они выполняют свой долг перед страной и перед народом. Понимаете? И я считаю, если бы не они, сегодня мы, может быть, здесь бы не сидели с вами и не беседовали. Поэтому это надо ценить. Это первое.

Второе. Ваше мнение о неправильном наказании. Еще раз: вам говорили неоднократно и говорят, что незнание закона не освобождает от ответственности. А вы знаете. Вам про это много раз говорили. А вместе с тем вы все равно идете и участвуете. При этом мы говорим: «Ребята, скажите, что вам нужно?» Ведь сегодня работают диалоговые площадки. Белорусская православная церковь дает свои предложения в Конституцию, давайте вносите. Вы — молодые! Давайте, говорите, ваши предложения будут учтены.

Вы что, думаете, президент держится за власть? Или, например, я? Нет, придете завтра, переработаете. Я только «спасибо» вам скажу. Только сохраните мир и спокойствие в стране.

Разговор зашел о чиновниках.

— На них сегодня все держится! Почему? Объясню. Потому что это люди, которые живут по таким законам, которые даже вам не снились. Я сегодня себе позволить многое не могу. Я работала просто инженером, у меня была другая жизнь. Пришла на госслужбу — у меня появилось огромное количество ограничений, которые я должна соблюдать. Я подписывала договор, я подписывала контракт. И если мне сказали, что это делать нельзя, я этого никогда не сделаю. И призываю вас к этому. Если я вас сегодня не убедила, скажите об этом. Пригласите другого человека на диалог.

Кочанова считает, что власть создала все условия для учебы. Чуть погодя Наталья Кочанова вспомнила:

— 75 лет назад в Минске, в Беларуси они ели лебеду и пухли от голода. Потому для нас основополагающим было накормить вас. И когда мы стояли в очереди и не знали, что купить своему ребенку, — это основополагающе для нас.

Мы росли и думали, как создать условия, накормить, дать пособие, чтобы женщина имела возможность до трех лет сидеть и воспитывать ребенка. Мы делали это, чтобы вам лучше жилось.

И когда моя мама говорит мне сегодня: «Доченька, я никогда не думала, что опять перед смертью увижу войну», это страшно. И я буду делать все, чтобы достучаться до вас, до ваших мозгов, чтобы вы понимали, что самое главное — это мир. Вы объясняете мне, что ваши акции мирные. Ведь она же идет с цветочком, в белом платье. И вроде мирно. Но у нас есть социологический портрет тех, кто туда ходит. И если там устроят провокацию, это будет уже другая история. И вы это должны понимать.

О результатах голосования: «Выборы прошли, результат подвели, посчитали... Что еще надо?»

— Я поддержу все то, что законно и правомерно. Приходите, пишите, встретимся и обсудим, даже вам чашку чая налью.

— В различных Telegram-каналах бытует мнение, что Конституцией гарантирована свобода собраний, митингов, шествий, однако это не так. Судя по Конституции, гарантирована свобода собраний, соответствующих закону «О массовых мероприятиях». <...> Причина того, что сейчас происходит, — несогласие народа с результатами выборов и политическими репрессиями. Главу ЦИК назначает первый президент. 9 августа были отмечены масштабные нарушения, а здесь уже выступали три человека, которые, думаю, даже подтвердят в суде, что на их участке были фальсификации. ЦИК переизбирал первого президента, то есть ЦИК переизбрал того, кто избрал его председателя. Верховный суд жалобу о фабрикации <...>, — начинает Александр, студент физфака.

Здесь Наталья Кочанова просит ребят ценить время и скорее подойти к сути вопроса.

— Каким образом некоторые люди, считающие себя большинством с оппозиционными взглядами, могут выразить свою точку зрения? Некоторые выбирают марши по воскресеньям, то есть это мирная акция, но она действительно подпадает под закон «О массовых мероприятиях», и за это можно сесть правомерно. Каким образом мы, люди, можем выразить свое несогласие с тем, что происходит, с итогами выборов 9 августа? — спрашивает студент.

— Я записываю: «несогласие». Вы считаете, несогласие с чем — что происходит? — спрашивает глава Совета Республики.

— С результатами выборов. У меня на участке, например, — повторяет Александр.

— Я уже сказала: выборы прошли, результат подвели, посчитали... Что еще надо? — уточняет Наталья Кочанова.

— Мы не согласны, — отвечает студент.

— А я согласна! — говорит чиновница, в зале раздается смех.

— То есть получается, ваша система власти основана на каком-то предположении, что действующая власть — абсолютно честная, правильно? И других способов что-то изменить у народа нет?

— Почему нет?

— Я не хочу опорочить ничьей чести...

— Александр, вносите свои конструктивные, нормальные предложения, которые сегодня будут нацелены на развитие нашей страны, нашего общества, совсем скоро будет Всебелорусское народное собрание — будем обсуждать, пожалуйста. Напишите, передайте. Можете передать в Палату представителей, правительство...

— Я не знаю, что мне делать. Выходить на митинг — это тюрьма. Что мне сделать законно, кроме митинга?

— Написали свои предложения и передали. Передавайте, пожалуйста.

— То есть я ничего не могу сделать? — в зале снова раздается смех.

— Ну вот вы пришли на митинг — и дальше что?

— Я могу наблюдать картину... [неразборчиво] Провластные митинги свозят со всей страны. То есть единственное, что я могу сделать, — это написать бумажку?

— Если вы хотите высказать свое мнение, пожалуйста, высказывайте цивилизованно. Пишите, приходите на прием и задавайте вопросы. У нас все, начиная от премьера, вице-премьера, проводят приемы. Вопросы обязательно будут озвучены. По телефону можете звонить, если не хотите лично.

О задержаниях: «Я не думаю, что они сейчас проводятся жестоко»

Студент Роберт с факультета международных отношений затронул вопрос о превышении полномочий со стороны силовиков.

— Уверен, вы в курсе, что сейчас довольно острой проблемой является то, как правоохранительные органы задерживают нарушающих закон, участвующих в несанкционированных массовых мероприятиях. Многие негодуют, что эти задержания проводятся достаточно брутально, жестоко, с превышением необходимого насилия...

— Я не думаю, что они сейчас проводятся жестоко. Сколько записей посмотрела, никто жестоко не задерживает.

— За весь период, за три месяца не было жестоких [задержаний]?

— А вы как считаете, когда летят камни, когда летит плитка?..

— Допустим, это было ответом на...

— Задавайте свой вопрос.

— На протестующих, совершающих те или иные правонарушения (не факт, что они нарушали), на данный момент заведено около 900 уголовных дел — это статистика прокуратуры Беларуси. Как вы считаете, как стоит реагировать, что не было заведено ни одного уголовного дела на представителей правоохранительных органов, хотя я думал...

— Не знаю, не могу сказать. <...> Вы зациклились все на одном вопросе, поэтому давайте так: я не отвечу вам на вопрос <...>, но еще раз, ребята: хотите диалога — сегодня предостаточно площадок для проведения диалога. Не хотите диалога — считайте, что вы будете идти на вызов. Конечно, будут применены самые жесточайшие меры в плане соблюдения законности. Потому что то, что вам нравится выходить, не нравится сотням тысяч людей. А для нас важно сохранить баланс. И чтобы обеспечить безопасность своих граждан, их спокойную жизнь и времяпровождение. Не для того чтобы в выходной день закрывались торговые объекты и все остальное, потому что, видите ли, кому-то захотелось пройти по проезжей части проспекта. Почему не может проехать скорая?

В зале раздается смех, студенты напомнили, что протестующие всегда пропускают кареты скорой помощи.

— Давайте устраивать диалог.

— Согласен.

— Если вы хотите быть на Окрестина, как эта красивая девушка или еще кто-то, это ваше право. Но я еще раз повторю: именно так будут поступать с теми, кто сегодня нарушает закон. Все, давайте закроем эту тему.

— Подытожу. Как вы считаете, должны ли ответить за нарушение закона те, кто впятером избивали дубинками и ногами лежащих на асфальте девочек?

— Мне эти красивые истории настолько уже... [неразборчиво]. Слушайте, а потом этих девушек выпускали и они говорили: извините, мы просто все придумали из-за денег.

— Допустим, этого не было. Но как вы считаете, за такое должны отвечать по закону?

— Насилие — это всегда плохо. И к людям надо относиться по-человечески, надо исполнять закон. <...> Нам ценна каждая жизнь. И если вы думаете, что политика другая, вы глубоко ошибаетесь. Я живу больше пяти лет в Минске и больше пяти лет работаю рядом с президентом. Когда я увидела этого человека и узнала близко, увидела его подходы к жизни и к людям <...>, то увидела ценности, которые есть и у меня по жизни. Я убеждена, что сегодня только такой сильный президент может поддержать страну, — Наталья Кочанова также сказала, что представители власти — такие же люди, как и все остальные. И что их работа — это пахота.

Также она отметила, что призывы к забастовкам на заводах поступают из-за границы.

— Вы действительно верите в это? — спросил один из студентов.

— Ведь Nexta пишет оттуда, вы же все смотрите Telegram-каналы. А кто пишет?

— А вы не задумывались, почему люди слушают и доверяют?

Глава Совета Республики сказала, что за рубежом не думают о дальнейшей судьбе рабочих и об экономической ситуации в связи с остановкой работы предприятий.

О возможной дезинформации Лукашенко: «Мы живем точно так же, как и вы»

— Мне недавно сказал один человек: ходят слухи, что все-таки какую-то «верхушку», в частности Александра Григорьевича, дезинформируют. Потому что вы настолько верите в то, что вы говорите, хотя я и все, кто здесь сидит, живем в абсолютно другом мире, — говорит студент экономического факультета Алексей.

— Мы живем точно так же, как и вы. В этом же социуме. Я привела пример своих родителей, которые у меня живут. Оба пенсионеры. Мой родной брат — рабочий на заводе. Тоже в регионе. Мои все сваты такие же пенсионеры — живут в регионах.

Я эту жизнь знаю не понаслышке, и вы упрекать власть в том, что она вам чего-то не дает... Скажите чего! Говорят, свободы. Какой свободы? Уехать, приехать, получать образование, работать, жениться, разводиться, детей рожать — какая нужна свобода вам сегодня?

Высказать, что вам не нравится Лукашенко [неразборчиво]? Вы высказали. И вам за это ничего не будет. У вас такое мнение, — начала Кочанова.

— Вы говорите то, как это должно работать: я могу высказывать — и мне за это ничего не должно быть, но оно так не работает, — парирует студент.

— Алексей, но для того чтобы сказать, что вы не любите меня и вам нужна свобода, только скажите, в чем?

— Я могу сказать как студент-экономист ..., что мы неправильно двигаемся в экономике. Вы ответите: «Вы, значит, не все знаете».

— Нет. <...> Предлагайте, никто сегодня не препятствует вашим предложениям конструктивным, нормальным. Говорите об этом. Зацикливаться на том, что... До 9 августа...

— Возможно, это было бы уместно, если бы наш диалог был до 9 августа. Не вы именно, власть, а вот эти «слабовики», которые бегают по улицам и якобы защищают нашу страну, а не народ. Причем люди, которые меня окружают, — очень умные, много чего добились, но они просто с синяками выходят с Окрестина. Им говорят, что это все нарисовано, а я это вижу вживую — мне ни вам не хочется верить, ни Александру Григорьевичу. Спасибо ему за то, что он сделал, но пусть освободит, а мы сами — 90% народа...

— Я вам объяснила: вы голосовали так, а сотни тысяч...

— Я ни одного человека не знаю, который бы голосовал за него.

— А я ни одного не знаю, кто бы голосовал против. Мое окружение таково, и вы должны это уважать. Давайте прекратим, вы умные люди, хватит говорить одно и то же.

— Нам просто смириться, принять и жить по вашим законам?

— Жить не по нашим законам, а по общему нашему законодательству.

— Я не придумывал этих законов, а должен жить по ним. Мне вообще много чего не нравится. Почему у нас в Беларуси обязателен призыв в армию? 21-й век — обязательный призыв!

В зале раздаются овации.

— Потому что, мне кажется, такие ребята, как вы, должны в армии служить.

Зал смеется.

Наталья Кочанова сделала замечание, что молодой человек ведет себя некорректно.

— Если вы считаете, что я говорю неправду, то мне глубоко обидно за вас, потому что вы что-то недополучили. До 9 августа вы учились, сидели в аудиториях... А потом вас ни с того ни с сего стала не устраивать эта власть. Так вот я хочу еще раз обговорить: для того чтобы сегодня критиковать власть, вы правильно делайте — цивилизованно предлагайте изменения. И будет все нормально.

«Лично я считаю, что у нас нет никаких оснований для вот такой протестной акции молодежной»

Дальше речь заходит о «цветных» революциях. Студенты искренне не понимают, откуда утверждение, что после них страны начинают жить хуже.

— Это жизнь показывает. Вот в Украине сколько было президентов? Шесть? И что, лучше стало? <...> Вы съездите и посмотрите, как там можно устроиться на работу и как там жить. То, что стало хуже, в этом даже нет сомнений. Это подтверждается не просто моими домыслами, но и теми фактами, которыми я владею. В Сингапуре сколько у власти руководитель этой страны? 30 лет. Это я к тому, что если вас спросить, а что нужно поменять... <...> Лично я считаю, что у нас нет никаких оснований для вот такой протестной акции молодежной. Потому что за 26 лет, за 27 лет создав такую страну, где сегодня можно реализовать все свои способности... Кто вам мешает, скажите? Вы учитесь, вы закончите вуз, вам нет работы? Вам негде реализовать себя? <...> Мое глубокое убеждение, да и не только мое, это говорят великие политики: никогда еще ни одна страна после таких «цветных» революций не жила и не живет лучше.

— А какие политики, на кого ссылаться? — уточнили студенты.

— Я сейчас вам не буду приводить всех. Я даже не вспомню.

— Ну хотя бы одну фамилию, — попросили студенты.

— Я считаю, что наш президент — великий политик. Великий, которого уважают в мире. И если сегодня взять и спросить других людей, они с удовольствием расскажут, что это именно так. <...>

Вы считаете, что сменилась бы власть, пришла бы кандидат, которого вы боготворите. <...> Я не хотела переходить на личности, но я перехожу. Это ужас, когда человек сидит и тебе в глаза говорит: «Я ничего не понимаю в политике, вы мне объясните». С таким президентом далеко ты не уйдешь, ты тут же рухнешь. <...> Поэтому думать о том, что завтра придет кто-то из ниоткуда, далекий от политики, и мы воспрянем, это утопия.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш Telegram-бот. Это анонимно и быстро

Автор: Настасья Занько, Александр Владыко, Дарья Спевак, Никита Мелкозеров. Фото: из архива студентов