«Колесникова порвала свой паспорт на много мелких кусочков и выкинула в окно»: Кравцов и Родненков дают пресс-конференцию в Киеве

 
0
08 сентября 2020 в 19:29
Автор: Настасья Занько. Фото: скриншот видео

Секретарь и пресс-секретарь Координационного совета Антон Родненков и Иван Кравцов добрались до Киева и в 19:10 по минскому времени дали пресс-конференцию в офисе «Укринформа». Члены КС рассказали, как их задерживали и что предлагали.

Как задерживали Антона и Ивана?

— Все началось вчера в районе 10 утра. Мне позвонили журналисты, сказали, что Мария Колесникова задержана, — рассказал Иван Кравцов. — У нас не получилось с ней связаться, через наши программы мы увидели, что телефон Марии находится дома. Мы с Иваном решили поехать к дому Марии и посмотреть, что там происходит. Зашли в подъезд, поднялись в квартиру — там было тихо. Стали выходить из квартиры — и в арке между двором и проспектом Независимости подъехал неожиданно бусик. Как у нас бывает, оттуда вышли неизвестные люди — и нас в этот бусик затолкали.

Вначале мы поехали в одно отделение ГУБОПиК. Там я провел порядка 40 минут, я находился в кабинете каких-то людей, мне ничего не объясняли.

Потом на меня надели наручники, черный мешок на голову и отвезли в другое отделение ГУБОПиК. В таком положении я провел еще четыре часа.

Опять же, никаких разъяснений, что я там делаю, никаких вопросов, каков мой статус. Люди, в кабинете которых я находился, тоже не могли дать никаких комментариев. В районе двух часов дня меня опять переместили в ДФР КГК. Я был очень удивлен, что меня туда везут. Но зато сняли наручники и черный мешок с головы, поэтому настроение поднялось. Я приехал туда в районе 14:30, и до 21:30 ничего не происходило. Я просто сидел в кабинете, пытался сидеть в разных позах. Никто не отвечал на мои вопросы, я ничего не знал.

Дальше слово взял Антон Родненков. Оказывается, их с Иваном разделили.

— Меня с Антоном погрузили в микроавтобус, отвезли в ГУБОПиК, там перегрузили в микроавтобус и отвезли в какое-то другое здание, где я находился около двух с половиной часов, — рассказал Иван. — Но в отличие от Антона, меня активно пытались спрашивать, я уточнял свой статус: являюсь ли я свидетелем, являюсь ли я подозреваемым, задержан ли я. Мне никто ничего не сообщал. Я находился в наручниках, сидел, уткнувшись в стену. Потом мне надели на голову медицинскую маску и начали меня перевозить. В машине я уже встретился с майором ДФР, и меня отвезли в ДФР. Это было около двух часов дня. С полчетвертого до девяти вечера у меня длилась беседа с двумя сотрудниками, которые не представлялись, они были в штатском. То есть определить их звание или служебное положение не представлялось возможным.

Разговор строился понятно. С одной стороны, мне были продемонстрированы некоторые документы, которые, по их мнению, как-то подтверждают какие-то противозаконные действия, связанные с моими бывшими местами работы. Было сказано, что если я откажусь принимать тот вариант, в котором заинтересованы сотрудники, то будет возбуждено уголовное дело по статье «Злоупотребление служебными полномочиями». Сотрудники обращали внимание, что ответственность по этой статье — от 5 до 12 лет лишения свободы.

На мой вопрос, как я могу оценить адекватность доказательств, являются ли они правдоподобными или нет, они ответили, что это неважно, что в любом случае экономические статьи имеют очень широкую трактовку и следствие — это дело долгое. Поэтому я должен принимать решение очень быстро.

«Их интересовала возможность вывоза Марии Колесниковой за границу»

По словам Ивана, он не исключает, что с ним общались довольно высокопоставленные сотрудники ДФР. Их интересовала возможность вывоза Марии Колесниковой за границу.

— Они это объясняли возможностью деэскалации ситуации в стране, как они думали, — говорит Кравцов. — Один из вариантов, который был предложен: чтобы мы на моем личном автомобиле втроем переехали границу.

Мы с Марией очень часто обсуждали вопрос ее отъезда, ее позиция была такая: ни при каких обстоятельствах не покидать территорию страны, потому что мы должны находиться вплотную к событиям, которые происходят.

У нас была очень долгая беседа, к концу беседы стало понятно, что ситуация изменилась и Мария Колесникова будет доставлена на границу. Я понял, что Марию пытаются насильно доставить.

Около 23:00 меня и, как я понял, Антона посадили в микроавтобусы. По пути мы заехали в КГБ, и там, судя по всему, мы забрали Марию Колесникову. Поэтому у меня есть основания предполагать, что весь день 7 сентября она находилась в Комитете госбезопасности. Мы выдвинулись в сторону украинской границы на пункт пропуска «Александровка».

Антон Родненков добавляет, что в 21:30 к нему пришли два человека, не представились. Он считает, что это были сотрудники либо ДФР, либо КГБ.

— Я уточнил, какой у меня статус, они сказали, что хотят просто поговорить, помочь нам всем, что я могу помочь Ивану, — говорит Антон. — Они сказали, что в ближайшее время в отношении Ивана будет возбуждено уголовное дело, что по его прошлой работе они нашли якобы доказательства, что он злоупотреблял полномочиями. В детали они не углублялись и сказали, что, так как я знаком и работал вместе с Иваном, вне зависимости от причастности я буду фигурантом. Хотя у них и нет доказательства моей причастности, в рамках белорусского законодательства это означает, что 18 месяцев, пока будет идти разбирательство, я буду находиться под стражей, а потом они меня отпустят, так как я невиновен. Сразу же сказали, что можно помочь и себе, и Ивану, и всем нам.

И что есть отличное решение: мы все вместе поедем до украинской границы. На белорусской границе мы пересядем в автомобиль Ивана и поедем в сторону украинской границы. Вначале говорили только про меня и Ивана, а потом сказали, что к нам подсядет и Мария Колесникова. Выглядело так, что со всеми все уже договорено, я согласился на такое развитие событий. В 22:30 меня вывели в темный микроавтобус, через какое-то время меня пересадили в черный внедорожник BMW x6. Все время следования я находился на заднем кресле, с двух сторон от меня находились достаточно крупные молодые люди без опознавательных знаков в черных масках и кепках и двое таких же были спереди.

— Мне на голову надели черный мешок, через минут 20 позволили его снять. Я видел, как в общей колонне двигалось 4—5, а на некоторых этапах и 6 машин. Одна из машин была машиной Ивана Кравцова, также было еще 2 микроавтобуса и несколько других автомобилей, — говорит Родненков.

«Она открыла окно, выбралась через него и пошла в сторону белорусской границы»

В пункте пропуска «Александровка» колонна была где-то около 4 утра.

— Как происходило пересечение границы? — добавляет Кравцов. — Вся колонна остановилась где-то за километр от пункта пропуска, нас поменяли в машинах. Меня посадили за руль собственного авто, которое сотрудник спецслужб пригнал из центра Минска до границы. Меня посадили, и со мной сели сотрудники спецслужб, у которых были паспорта Родненкова и Колесниковой.

Когда мы приехали в белорусский пункт пропуска, пограничник подошел, посмотрел паспорта, на мужчину лет 45, потом на паспорт Колесниковой и сказал: «Да, Мария, спасибо!» Посмотрел на мужчину лет 50, потом на паспорт Родненкова и сказал: «Да, спасибо». Посмотрел на мой паспорт и сказал: «Всего хорошего».

— Наш автомобиль проехал пункт пропуска на полной скорости, — говорит Антон Родненков. — Автомобиль выехал на нейтральную территорию. Там мне предложили пройти уже в BMW Ивана. Я прошел, сел рядом, сразу заметил: наши паспорта, они были изъяты во время посещения ДФР, — продолжает Антон Родненков. — В этот момент появилась Мария Колесникова, ее вели. Это было достаточно шумно, было слышно, что ее ведут силой и она сопротивляется.

Ее насильно затолкали на заднее сидение, закрыли. Мария кричала, что никуда не поедет. И как только она оказалась в машине и увидела свой паспорт, порвала его на много мелких кусочков. Эти кусочки она пожмякала и выбросила в окно неизвестным молодым людям, окружавшим машину. После этого она открыла окно, выбралась через него и пошла в сторону белорусской границы.

— Что интересно, по плану, как только Мария Колесникова должна была сесть в автомобиль, я должен был сразу же жать на газ и на всей скорости поехать в сторону украинской границы, — включается Иван. — Я эту задачу, к сожалению, провалил, я дал возможность Марии покинуть автомобиль.

— В ходе всей дискуссии и в ДФР, и после сотрудники достаточно часто намекали на то, что Мария волнуется, они говорили, что «у Марии панические атаки». Мол, ее нужно успокаивать. Это вызывало волнения, — говорит Родненков. — Но когда я услышал ее голос, когда ее вели, я убедился, что Мария находится в прекрасной форме, она была, как всегда, бодра, у нее было приподнятое состояние духа. Сразу стало понятно, что на нас пытались повлиять. Но следующие действия Марии сразу же показали, что никаких сомнений в том, чтобы оставаться в Беларуси, у нее нет.

— Маша Колесникова — настоящий герой. После 12 часов допросов неизвестно где (я предполагаю, что в КГБ) она с полной силой и энергией продолжала требовать адвоката, выглядела отлично и по-прежнему следовала заранее согласованному плану, — считает Иван Кравцов. — Я так понимаю, что ее забрали сотрудники. Повисла пауза, всем стало понятно, что без паспорта на территорию Украины ехать нельзя. Судя по всему, нас решили задержать еще раз. Я увидел, что из леса начали выезжать синие микроавтобусы, я нажал на газ, и мы элегантным маневром по обочине быстро на всех 220 лошадиных силах уехали. За нами образовалась погоня, но мы успели проехать в пункт пропуска. Там нас встретили любезные и понимающие сотрудники пограничных войск Украины.

— Когда мы приехали в пункт пропуска, мы дали комментарии представителям СБУ, представителям пограничной разведки и пограничных войск. Рассказали все то, что и сейчас вам говорим, — отметил Антон Родненков. — Поэтому те заявления Александра Лукашенко о том, что мы были задержаны, отражают то, насколько он информирован о том, что происходит, насколько хорошо налажена коммуникация между пограничными службами двух соседних стран. После того как покинули пограничный пункт, мы направились в Киев.

Дальше пошли вопросы от украинских журналистов. Публикуем ответы на самые интересные и важные из них.

Про видео

Что касается видео, на котором Иван Кравцов объясняет, почему уезжает, то, по его словам, запись предложили сделать сотрудники спецслужб.

— Они предложили свой вариант текста, но мы согласовали более нейтральный, — говорит Иван Кравцов. — Они отвезли меня в лес, за километра два от автомобилей. Один человек в костюме держал диодную лампу, а второй человек в балаклаве и камуфляжной форме подал мне селфи-палку с телефоном. Мы под контролем еще двух людей сделали несколько вариантов записи. В принципе, запись в какой-то степени отражает правду, беседа была, было принято решение с учетом многих факторов, но Мария Колесникова не покинула территорию Республики Беларусь.

Где сейчас Мария Колесникова?

— Есть несколько источников, которые говорят, что Мария сейчас находится в Мозырском погранотряде, — говорит Иван Кравцов. — Исходя из моего ощущения и уже даже опыта, скорее всего, она большую часть времени будет находиться в КГБ. Потому что, мне кажется, такие «интересные» спецоперации находятся в ведомстве КГБ.

— Нет большой разницы, где находится Мария Колесникова, мы понимаем, что на нее уже вторые сутки подряд оказывается колоссальное давление. Никому не пожелал бы оказаться на ее месте. Поэтому я призываю всех поддержать Марию любыми возможными законными способами, потому что она сейчас сражается за нас, находясь в этих сложных условиях, — добавил Антон Родненков.

Почему вы не поступили так же, как Мария Колесникова?

— Сложный вопрос. Мария — настоящий лидер, я честно скажу, ей восхищаюсь, я не способен на такие поступки, на которые способна Мария, — заявил Родненков. — Именно поэтому Мария сейчас является одним из лидеров оппозиции, а я — пресс-секретарем. Это если откровенно и честно.

Почему вас выдворили именно в Украину, а не в Польшу или Литву?

— Такие дискуссии велись. Мой паспорт ДФР взял, ко мне потом подходил человек и спрашивал, какие шенген-визы у меня есть. Но у меня, к сожалению, есть только эстонская виза. Это означает, что я не могу въехать ни в Польшу, ни в Литву сейчас в связи с коронавирусом. И, скорее всего, Украина оставалась наилучшим вариантом из всех, которые были у сотрудников спецслужб, — считает Родненков. — Наверное, им бы хотелось отправить нас в страны ЕС, чтобы в очередной раз показать, как якобы Запад пытается дестабилизировать ситуацию в Беларуси, что, конечно же, является полной глупостью. Именно белорусский народ — драйвер изменений в стране.

Правда ли, что у вас есть вид на жительство в Украине?

— Да, мы с Иваном оформили его в конце ноября прошлого года, — сказал Антон Родненков. — Мы являемся волонтерами одной из некоммерческих организаций в Украине, и, в соответствии с указом о волонтерстве, у нас есть договор с этой организацией. На этом основании мы и получили вид на жительство. Это организация, которая занимается адвокатированием и организацией публичных мероприятий, лекций, конференций.

Про тест на коронавирус

— Мы попали в страну абсолютно легально: у нас был паспорт, была «посвидка», медицинская страховка и тест на коронавирус, — говорит Родненков. — То есть все необходимое, чтобы мы могли попасть на территорию Украины.

— А когда вы тест сделали? — уточнили журналисты.

— Когда нам «помогали» организовывать визит, выдали целый набор интересных вещей. К примеру, в машине мы обнаружили тест, страховку, более того, нашли билеты для нас с Иваном в Турцию на сегодня, а для Марии — авиабилеты в Вену, а из Вены — в Мюнхен. Как мы понимаем, эти билеты также фотографировались во время одной из остановок ночью. Скорее всего, по БТ мы увидим красивый сценарий того, как мы хотели уехать загорать в Турцию, а Мария — к себе обратно в Германию.

— А тесты вы сдавали?

— Нам их дали, — отметил Родненков.

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш Telegram-бот. Это анонимно и быстро

Автор: Настасья Занько. Фото: скриншот видео
Без комментариев