0
28 августа 2020 в 13:02
Источник: Полина Шумицкая. Фото: Максим Тарналицкий и из личного архива героев

Врачи об увольнении академика Мрочека: «Если так пойдет дальше, белорусская медицина рассыплется»

События с увольнением академика Александра Мрочека, которые вчера горели ярким пламенем, начинают покрываться пеплом. Сегодня врачи повесили на входе в РНПЦ растяжку с требованием вернуть уволенного директора, но она провисела минут 15. Раскол, о котором вчера предупреждали, начался. Прежней «Кардиологии» не будет. Onliner поговорил с белорусскими врачами в Германии, Испании и США: что они думают о вчерашней новости и последних событиях в целом?

Врачей «Кардиологии» легко заберут в Германию или США. Зачем это Беларуси?

Дмитрий Кузьмин, нейрохирург, 28 лет, Германия

— Я работаю в Германии уже четыре года. Уехал после интернатуры. Начинал с хирургии, сейчас перешел в нейрохирургию.

На протяжении четырех месяцев, с начала мая, я активно слежу за тем, что происходит в Беларуси. Смотрю все новости, слушаю блогеров, читаю белорусские и русские СМИ. Стараюсь получать информацию из разных источников. Так что да, я активно слежу. Очень сильно переживаю.

У меня, естественно, есть знакомые врачи в Беларуси. Мы обсуждаем ситуацию в чатах: что происходит? Еще три месяца назад медики были совсем аполитичными — как и должно быть — но то, что произошло после выборов: случаи избиений, летальные исходы, тяжелые пациенты в реанимациях, — возбудило медицинское сообщество. Врачи стали выходить на улицы, выстраиваться в цепи солидарности — это только вершина айсберга. Все занимают позицию против насилия.

То, что сейчас происходит, не поддается здравому смыслу. Наших коллег сначала запугивали. Потом, когда первая цепь солидарности вышла возле БГМУ (это произошло спонтанно, я знаю абсолютно точно), был задержан один из участников, мой однокурсник Богдан Шильниковский. Просто человека ни за что задержали! На следующий день его перевели в реанимацию. Это тоже взбудоражило медиков.

Одно дело, когда речь идет об избитых пациентах, другое — когда ни за что трогают наших коллег, сажают, даже дела собираются заводить.

И то, что потом в БСМП, где работает Богдан, вышли медики и другие больницы подключились, показывает, что медицинское сообщество очень солидарно. Потом были другие случаи, задержание врача-онколога Дмитрия Александрова… Это все активно обсуждают, и мои коллеги настроены решительно — поддерживать и выражать солидарность.

Последняя новость — увольнение академика Александра Мрочека — это вообще нонсенс! Здесь уже проблема проявляется в другой плоскости. Мы все видели на стриме, и об этом говорят коллеги: Александр Геннадьевич — большой авторитет, академик, который заслужил все серьезным трудом. И в науке себя реализовал, и за 12 лет руководства РНПЦ «Кардиология» получал только хорошие отзывы от сотрудников. Большой человек. Он занимал свое место по праву. Когда из-за какой-то обычной политической позиции (это официально не подтверждают. — Прим. Onliner) человека снимают с такой должности, это говорит о том, что власти вообще не интересно дальнейшее развитие кардиологии. Ее интересует только чтобы люди не выходили из РНПЦ и не становились в цепи солидарности, не выражали свою позицию, молчали. Вот самое главное. Но поскольку врачи, как показывает не только Минск, но и областные города, больше молчать не могут, то увольнения медиков — это решение вопреки здравому смыслу. Если это продолжится, то приведет к тому, что люди, которые работают в РНПЦ «Кардиология» (а это действительно очень серьезные врачи), начнут увольняться, и все просто рассыплется.

Я хочу сказать, что врачи из «Кардиологии» найдут место в любой стране мира. Их заберут с руками и ногами в Германии или США. Нужно только подтвердить диплом, что не составляет большого труда. Самое главное — профессионализм и квалификация этих людей.

В Германии руководитель больницы — это назначаемая должность. Каждым подразделением, в том числе кардиологией, руководит свой «шеф» — главврач клиники. Человек, которого назначают, должен быть большим авторитетом. Кроме того, он обязан уметь работать с коллективом. Это решает Personalrat («персональрат») — совет из числа сотрудников клиники, который дает добро. Если есть жалобы со стороны медсестер или коллег, случаи хамства или ссор, такой человек не станет «шефом» клиники. Нет такого, чтобы назначили — и вы как хотите, так с этим главным врачом и работайте. Медицина — это коллективный труд, и каждое мнение должно быть учтено. Нормальный «шеф» слышит каждого, он компетентен. Это очень важно в Германии. Если проводить параллели, академик Мрочек был как раз таким человеком — типичным «шефом», который пользовался большим авторитетом. То, что его так поддерживали: все врачи и медсестры собрались в РНПЦ, некоторые заявляли, что готовы уволиться, — это большой показатель.

«Я, травматолог, который крови навидался, плакал, глядя на фотографии избитых»

Алексей Носов, врач-травматолог, 45 лет, Валенсия:

— Уже 12 лет я живу и работаю в Испании. Но при этом, конечно же, слежу за происходящим в Беларуси. Можно сказать, в гуще событий. У нас, врачей, есть общий чат, в нем не только медики из Беларуси, но и те, кто уехал, куча общих знакомых, мы учились вместе. А студенческая дружба, извините, что может быть сильнее? Она на всю жизнь остается.

Многие с удовольствием вернулись бы работать в Беларусь. Это несложно сделать. Нужно только, чтобы правительство и Минздрав перестали делать неадекватные шаги.

На мой взгляд, в Беларуси медицинский мозг — знания врачей и т. д. — довольно сильно опережает материально-техническую базу.

Люди не глупые, они прекрасно это понимают. Я не говорю, что медики пытаются на телегах покорять космос, но в некоторых случаях не хватает ресурсов. Ситуация с «ковидом» все это доказала, очень сильно прояснила, вскрыла все дырки. Официально никто не признает труд волонтеров, приписывая все заслуги себе. И по смертности всем известны цифры. В то время как Минздрав отчитывался для Всемирной организации здравоохранения о пяти погибших в сутки, столько умирало чуть ли не в каждой минской больнице, которая работала с пациентами с COVID-19. Ну это же нет слов!

Врачи работают на полторы-две ставки, а деньги не такие уж и больше. Уничтожение своего здоровья ради того, чтобы выживать? Это не совсем то, чего хотелось бы. И поэтому люди выходят на улицы. Выстраиваются в цепи солидарности. Это нормальное явление.

Почему медики решились заговорить именно сейчас? Судя по событиям с 9 по 12 августа, здоровье людей в Беларуси никого не интересует. Последним толчком послужило то, что произошло с семьей нашего общего друга анестезиолога Андрея Витушко. Мы все прекрасно знаем, какой он человек… Это тоже сыграло свою роль. Коллеги, которые подверглись репрессиям, — это стало последней каплей. Задержания и избиения — это варварские вещи, которые не укладываются ни в одну цивилизованную конвенцию, даже военную. Мало того, врачи увидели это на передовой. Простите за слово, увидели «мясо». И как было реагировать? Я, травматолог, который крови навидался, плакал дома, глядя на фотографии избитых. Пробило на скупую мужскую слезу. А они все это видели вживую. Отношения «пациент — врач» — самые доверительные. Жизнь обнажена. Мы же слышим, что люди говорят на приеме, как они реагируют…

Для меня увольнение академика Мрочека — это не что-то абстрактное, а очень близкое. Я знаю эту семью. Учился у деда — уролога Николая Евсеевича Савченко, знаю сына — Дмитрия. Александра Мрочека я не могу охарактеризовать ни с одной отрицательной стороны. Ищу, думаю и найти не могу.  Просто имейте в виду, что «академика» просто так не дают. Это серьезная потеря для белорусской кардиологии. Если этот человек внезапно только подумает уехать куда-то, я уверен, ему сразу предложат место на любой кафедре. Доктор хотел работать там, где он работал, прекрасно руководил (посмотрите на отношение людей к нему) — и вот чем его «отблагодарили».

Смогут ли врачи РНПЦ «Кардиология» защитить Мрочека перед Минздравом? Единственный выход — это, по сути, забастовка, но она сильно ударит по обычным людям. Это очень сложный моральный вопрос. Освободить кого-то из незаконно задержанных — это еще в силах врачей. Но вернуть на место руководителя — сомневаюсь…

 

Представляете, что произойдет, если станет медицина? Да, это подстегнет тех, кто принимает решения. Но это насилие, это неправильно с нашей стороны. Мы в чате обсуждали и пришли к выводу, что даже «итальянская забастовка» — приостановление внепланового приема — это не совсем выход. Хотя над этим еще думают. Капли продолжают капать, а стакан уже переполнен. Может быть, белорусские врачи придут к общему знаменателю и сделают что-то похожее на итальянский вариант: работать строго по графику, не брать приработок, хоть и себе в убыток.

Мне хочется сказать врачам, которые продолжают работать в Беларуси: я желаю вам в первую очередь оставаться людьми. И профессионалами. Обдумывать все свои поступки. Очень хочется, чтобы врачи проявили больше активности: общались с прессой, озвучили замалчиваемые факты.

«Чтобы уважаемого главу клиники уволили, сотрудники были против, а их мнение игнорировали — такое почти невозможно в США»

Максим Федоров, анестезиолог-реаниматолог, заведующий отделением, 44 года, Флорида, США:

— С 2005 года я живу и работаю в США. Но внимательно слежу за тем, что происходит в Беларуси, более того, каждый месяц бываю в Минске.

Этим летом многое поменялось. У меня возникло ощущение, что врачи готовы отстаивать свою точку зрения, позицию, защищать коллег. Я вижу, что они выходят на улицы, записывают обращения, создают чаты, где все это обсуждают. Такого раньше не было в Беларуси.

Академик Мрочек, директор РНПЦ «Кардиология» — известный и заслуженный врач. Во время выходов медиков в знак протеста он выражал молчаливую поддержку: не предпринимал никаких действий, которые запрещали бы врачам это делать. Я не знаком с ним лично. Но по отзывам коллег знаю, что он хороший врач и администратор. Вообще увольнение человека, которое, скорее всего, произошло из-за того, что он выражает свою позицию, — это неприемлемо.

Увы, на данный момент вся система построена таким образом, что нет эффективных рычагов воздействия на решения Минздрава. Единственный инструмент, который есть у врачей, — обращение к общественности и к руководству Минздрава. Во всех цивилизованных странах мнение врачей очень ценно, к нему прислушиваются.

Ситуация, когда медики выходят на улицы, выражают обеспокоенность определенными событиями и их за это наказывают, мне по меньшей мере кажется странной.

В США глава клиники часто выбирается иначе, чем в Беларуси. Например, я заведую отделением детской и акушерской анестезиологии. Роль заведующего у нас в основном административная и клиническая. Назначение происходит исключительно за твои заслуги и опыт. Свое мнение ты высказывать можешь. В большинстве случаев (да, во всех странах есть элемент коррупционной составляющей, связей и т. д.) в Америке врач, который выходит на высокую административную позицию, достигает этого за счет личных заслуг: образование, опыт, публичная деятельность… Чтобы человека назначили сверху? Такого понятия не существует.

 

Чтобы уважаемого главу клиники уволили, сотрудники были против, а их мнение игнорировали — такое почти невозможно в США. Здесь очень много рычагов влияния и высказывания своего мнения: начиная от разговоров и заканчивая письмами конгрессменам, членам Палаты представителей. Сама ситуация, чтобы кого-то уволили за честное выражение своей позиции, причем не радикальной или враждебной, а исключительно своего мнения, — маловероятная.

Врачам, которые работают в Беларуси, мне хочется сказать: слушайте свое сердце и свою совесть. У вас всех серьезный клинический опыт, вы умные образованные люди и способны оценивать ситуацию объективно, делать собственные выводы.

Читайте также:

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Источник: Полина Шумицкая. Фото: Максим Тарналицкий и из личного архива героев
Без комментариев