Фантастические самогонщики и где они обитают. Репортаж из района, в котором промышляют подпольные династии

441
27 июня 2020 в 12:00
Автор: Александр Чернухо. Фото: Максим Тарналицкий

Фантастические самогонщики и где они обитают. Репортаж из района, в котором промышляют подпольные династии

Этот текст мы выпустили четыре года назад. Он про Молодечненский район — место, где обитают фантастические самогонщики. На продаже дистиллята люди выстраивают коттеджи, а брагу здесь меряют исключительно тоннами. За несколько лет мало что изменилось — этот текст не утратил своей актуальности. Тем более сейчас, когда мы пишем про «Бухло».

Здоровенный хуторянин Береза был разочарован: пес Пушок повелся на халявный кусочек колбаски и не залаял. За этот проступок животное было беспощадно наказано — повешено на ближайшем дереве, а сам хуторянин стал гораздо осторожнее. У «муншайнеров» такой образ жизни: работают с размахом, но предельно внимательно и сосредоточенно. Зато катаются на дорогих машинах и строят коттеджи в престижных районах. Репортаж из мест обитания фантастических самогонщиков — в материале Onliner.


Во дворе хутора, утопающего в грязи, бесцветными кольцами распластались «кишки» шланга. На подмерзшей земле виднеются четкие следы габаритной техники, недавно доставившей к дряхлому сараю серьезный аппарат со змеевиком. Скоро здесь дым пойдет коромыслом, а позже машина развезет готовую продукцию по «точкам».

Этот дом давно взяли на карандаш: он достался безработному мужчине в наследство от матери, и предприимчивый сельчанин решил удариться во все тяжкие. Подготовился основательно: вызвал специалистов, заплатил $1000, чтобы те пробурили во дворе хутора скважину на 50 метров, расставил в сарае 10 емкостей примерно на 10 тонн браги.

— Через недельку можно брать, если не запаникует, — осматривают аппарат сотрудники милиции.

Молодечненский район славится традициями самогоноварения. Из гаражей, сараев и лесных массивов здесь вылавливают целые династии, производящие спиртное в промышленных масштабах. Вот эта находка в деревне Вязовец сенсации из себя не представляет. Да, объемы крупные, но ничего сверхъестественного.

Андрей Амбражей занимается темой не первый год и углубился в нее настолько, что может прочитать достаточно познавательную лекцию об истории самогоноварения, особенностях изготовления напитка, нюансах рецептуры, которую используют профессиональные дельцы, и способах борьбы с незаконным изготовлением алкоголя.

— Запад Беларуси — это самое «рыбное» место, — говорит заместитель начальника управления охраны правопорядка и профилактики УВД Миноблисполкома.

Здесь такая традиция: хозяева на своей земле, у которых до сих пор работают «батраки». Самогоном занимаются целые династии: дед гнал, отец гонит — и сын туда же. И район на 100 тыс. человек обеспечивает достаточное количество благодарной клиентуры.

Насколько оправдан риск? Говорят, сегодня оптовики продают литр самогона по 2 рубля, пол-литра на «точке» стоит 4 (а ближе к ночи — 5) рублей. Здесь же предлагают закусить яблочком. Или салом, но это опция уже для постоянных клиентов. Рассказывают, что в продавцы идут дамы, в прошлом имевшие проблемы с алкоголем и в какой-то момент завязавшие, но слишком хорошо знакомые с конъюнктурой рынка, чтобы просто так взять и распрощаться со всем этим багажом знаний.

Грозой Молодечно называют барышню по прозвищу Болонка — гуру нелегальных продаж. Поговаривают, что в день она могла продать 60 литров самогона, а местность, где промышляла Болонка, назвали «Пьяным двором».


Есть у самогонщика правило, что-то вроде кодекса чести: не продавать там, где гонишь. Правда, не все воспринимают его как аксиому. Дом в деревне с милым уху и воображению названием Зоренька обнесен высоченным металлическим забором, во дворе горлопанит на разные голоса живность, из трубы идет дым — хату протапливают.

На стук в дверь никто не реагирует, хотя вполне очевидно, что в доме кто-то есть. Местных легко смутить видом милицейской машины.

Вскоре возле дома появляется мужчина лет 30 на вид, который бодрой походкой шагает в сторону двора.

— Бульбу поглядеть попросили, — кратко объясняет он цель своего визита и попутно интересуется: — А вы с какой целью?

Цель прозаична: поступила информация, что в этом доме гонят самогон на продажу, реализуют продукцию на месте. Такое случается часто: сердобольных жителей хватает.

— Придумали схему взаимодействия с почтой, — рассказывает Андрей Амбражей. — Любой местный житель может хоть на клочке бумаге или купюре написать адрес, по которому гонят самогон, и бросить в почтовый ящик. На почте все эти бумажки просматриваются и передаются нам. Креатив! Ну или вот один охотник скинул мне как-то координаты самогонного аппарата, который нашел в лесу. Погрешность составила 20 метров. Много таких сознательных граждан? Хватает. У кого-то муж уносит всю зарплату на «точку», а потом еще и «на вексель» возьмет.

С самогонкой вообще все непросто: с одной стороны, натурпродукт и дичайший эксклюзив, которым не стыдно угоститься даже эстету, а с другой — проверка качества этого продукта и лицензия на его изготовление и продажу — вещь сложная и затратная.

— Используют активаторы, чтобы ускорить процесс брожения, добавляют спирт, — говорит начальник отдела охраны правопорядка и профилактики Молодечненского РОВД Андрей Гребенкин. — Вот вы говорите, Воложин, Старые Дороги… А в этом самогоне тоже спирт, просто его разбавляют в таких пропорциях, чтобы был хлебный запах.

В общем, как и любой бизнес, самогоноварение существует по собственным канонам. Только этот вариант нелегальный. По идее, штрафануть за самогонку могут даже дедушку, решившего выгнать продукт для себя, — чтобы аж в пятках стреляло. Но если дедушка умный, то он никому про свою затею не расскажет, а его друзья боевого товарища не подставят. Сотрудники милиции получают информацию о правонарушениях в тех случаях, когда речь идет о крупных партиях и продаже.

— Водку люблю больше, но и самогон пью, — вытирает нос паренек в модной шапке с надписью Hip-Hop Music, прохаживаясь по двору. — Дык он дешевле!

Маркетинговые уловки здесь на любой вкус. Не хватает на пол-литра? Нальют половину или стакан. «Точка» берет 100 литров? Производитель сделает скидку. Насколько прибыльное это дело?

— Они катаются на дорогих машинах, живут в отличных домах и ни в чем себе не отказывают, — говорит Гребенкин. — Но «работка» не из легких — тяжелый труд с постоянным риском.

Риск заключается в том, что однажды ты можешь пойти до ветру посреди Налибокской пущи и усесться лицом к лицу с омоновцем, который караулит тебя уже трое суток. Так однажды и случилось. В лесной глуши схоронили мощный аппарат и должны были вот-вот прийти варить самогон. «Вот-вот» растянулось на три дня, которые сотрудники правоохранительных органов коротали в полной амуниции на еловых лапках. Среди ночи «муншайнеры» явились и были взяты с поличным. Тогда только ущерб экологии (отходы сливались прямо в водоем) составили около 20 млн на старые деньги.

— Из леса самогонщиков потихоньку выкурили, — рассказывает Андрей Амбражей. — Если сейчас находят самогонный аппарат на территории лесничего, его моментально увольняют. Хотя случается, что они и сами промышляют: места ведь хорошо знают.


Идеальное с точки зрения безопасности место для производства самогона — это глушь, в которую просто так никто не сунется. Лучше всего — заброшенный хутор, с хозяином которого можно договориться. Или прийти без спроса.

Хутор Кухары — это место, добраться в которое проблематично даже с картой. Затюканные серые дома, убитая гравийка, краснеющие на голых деревьях яблоки и много котиков — вот, пожалуй, и все, чем примечательно это местечко.

Крайний дом стоит пустой. Хозяин умер пару лет назад, недвижимость получила в наследство его дочь, но переезжать не стала. Как часто она сюда наведывается, неизвестно. Но гости бывают на хуторе точно.

— Две недели назад приезжала легковая машина, — вспоминает сгорбленный дедушка, который притопал к колонке набрать воды. — Сам-то я на улицу выхожу редко, только в окно увидел.

Ничем не примечательный на первый взгляд сарай содержит в своем почерневшем от времени и недавних производственных процессов брюхе сложную конструкцию в виде самогонного аппарата внушительных размеров. Разглядеть его можно через пустую глазницу окна, заколоченного куском жестянки. Снизу выглядывают серые трубки, по которым во время варки отходы выливаются в и так не слишком приветливую окружающую действительность.

— Для того чтобы законно исследовать дворовую территорию, мы должны взять в прокуратуре постановление, — рассказывает Андрей Гребенкин. — Работаем без жалоб со стороны населения. То есть по случайному адресу мы не приходим — только если есть конкретная информация.

В данном случае информаторы не подвели: здесь действительно гнали и, возможно, еще будут гнать самогон. На ветхих дверях сарая висят новые замки, погреб надежно закрыт от постороннего глаза. В общем, для нежилого дома защита серьезная.

— Теперь вызываем участкового, выясняем контакты хозяйки и связываемся с ней, — объясняют сотрудники милиции. — Она несет ответственность за самогонный аппарат, который находится на ее территории. Вполне вероятно, хозяйка даже не знает, что у нее во дворе кто-то гонит самогон, но за своим домовладением она должна следить в любом случае.


По иронии, самые матерые самогонщики могут работать прямо под носом у правоохранителей — в городе. В Молодечно есть своя Рублевка — место, густо усеянное элитной коттеджной застройкой. Здесь живут два брата: один работает водителем скорой помощи, второй тунеядец. Хотя их двухэтажный дом, который грибом растет на «рублевском» бездорожье, должен принадлежать как минимум бизнесмену среднего пошиба.

Буквально месяц назад у братьев нашли самогонный аппарат и конфисковали его. Хотя у каждого уважающего себя самогонщика есть как минимум еще один про запас. Один из братьев сейчас дома, орудует по хозяйству, но, когда к серой «будынине», украшенной надписью «Здесь можно вызвать милицию», действительно подъезжает милиция, мужчина давит на педаль газа своего полноприводного микроавтобуса. Угнаться за ним по «ребрам» замерзшей грязи сложно, но в итоге хозяин дома решает вернуться.

— Скоро достроишься? — спрашивает Гребенкин.

— А это уже от вас зависит, — изображает натянутую улыбку мужчина.

Среди липкой грязи зеленым пятном во дворе дома маячит гараж, из которого струится добротный хлебный запах.

— Открывай уже, — приглашают хозяина.

Тот хлюпает ботами по вязкой каше и отпирает гараж. Внутри достаточно хитрое и технологичное устройство в виде самогонного аппарата, газовых баллонов, бездонных емкостей для браги и «кишки», уносящей отходы в местную канализацию.

— Ай, ну чего вы приехали? Были ж недавно! — нервничает хозяин оборудования, не рассчитывавший на такую тактику.

Позже в сводке появится скупая информация: «В Молодечно в 15:40 сотрудниками ООПП РОВД и отдела Департамента охраны в сарае неработающего местного жителя обнаружены и изъяты самогонный аппарат и 6150 л браги».

— Все для себя гоним, — смеется «муншайнер». — Выпить я люблю.


Производят самогон на продажу самые неожиданные персонажи: безработные, учителя (и даже завучи), водители скорой помощи и многие другие. За такое грозит штраф в 30 базовых, конфискация аппарата, а сейчас еще и транспортного средства, на котором перевозится продукт. Но бывают и такие истории, когда самогон становится семейной традицией, а сын продолжает дело отца.

Барона в округе знают. Это у него хутор в лесу обнесен колючей проволокой, а во дворе установлена смотровая вышка. Говорят, сам Барон люто ненавидел сотрудников милиции и не стеснялся в выражениях при виде них. Но хозяин умер, и сейчас на хуторе распоряжается его сын Алексей — выпускник университета культуры. Отец на памяти сотрудников милиции ни дня нигде не проработал, его сын продолжает эту «славную» семейную традицию. По крайней мере, официально он не трудоустроен.

— Как это — побывать в Молодечно и не посмотреть на владения Барона! — смеется Андрей Амбражей.

Хутор известного в окрестностях самогонщика находится в нескольких километрах от райцентра, а на подъезде виднеется скромная хатка, огороженная сеткой-рабицей. Здесь живет бабушка, которая внимательнейшим образом отслеживает появление на дороге непрошеных гостей.

Через 500 метров дорога упирается в массивный забор, богато украшенный колючей проволокой. На воротах висит сразу два объявления о том, что не стоит связываться с обитающими на территории собаками, потому что они злые. Рядышком висят кусок рельса и молоток — это звонок для посетителей.

Барон был хитрющий делец. Однажды сотрудники милиции получили в прокуратуре санкцию на осмотр домовладения и пришли к нему «в гости». Запах во дворе стоял специфический и намекающий на то, что где-то готовится «продукт». Правда, найти ничего так и не смогли: на полу в гараже лежала здоровенная бетонная плита, скрывающая подпол. Поднять ее можно было только лебедкой, но техники у сотрудников милиции не было.

— Не пущу я вас! — строго говорит парень в синей куртке, который прохаживается по двору вместе с другом. — Вы мне все врете, никакой информации у вас нет.

Парень — это сын Барона и будущий владелец хутора.

— Я аппарат продал, он мне не нужен. Это дела моего отца, а я таким не занимаюсь, — резво спроваживает «гостей» Алексей.

— А ты пусти нас посмотреть, тогда и закроем вопрос, — предлагает Амбражей.

Алексей на сделку не идет и предлагает вызвать участкового Максима, с которым у отца вроде как были хорошие отношения. На этом расходимся.

Спустя пару часов на хуторе обнаружат брагу, а сухая сводка скажет: «В деревне Заболотье Молодечненского района сотрудниками УОПП УВД Минского облисполкома и УИМ РОВД в сарае неработающего жителя Молодечно обнаружено и изъято 1510 литров самогонной браги».


Мощности нелегального производства бывают впечатляющими. Как-то сотрудники милиции обнаружили аппарат, который за раз перерабатывал 50 мешков муки, а 40-литровая фляга наполнялась готовым к употреблению продуктом за 10 минут. География распространения этого продукта — все более-менее крупные населенные пункты, где человек есть, а развлечений для человека нет.

— В Фаниполе у одного мужика в стену был вмонтирован огромный бак с горловиной, — вспоминает Андрей Амбражей. — На стенке висит ковер, возле нее стоит диван. Приходит клиент, мужик уходит в зал, под ковром у него кран, из которого он наполняет бутылку и приносит обратно. В комнату никого не пускал.

Это каста, это уже образ жизни. И таких людей не переделаешь: гнали, гонят и будут гнать. Такая здесь традиция. А у нас своя традиция — вылавливать этих ребят и следить за тем, чтобы они больше так не делали. «Завязавших» тоже хватает.

Бинокли в Каталоге Onliner

Хроника коронавируса в Беларуси и мире. Все главные новости и статьи здесь

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Самые оперативные новости о пандемии и не только в новом сообществе Onliner в Viber. Подключайтесь

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Александр Чернухо. Фото: Максим Тарналицкий