357
09 марта 2017 в 8:00
Автор: Настасья Занько. Фото: Алексей Матюшков

«Для своих работников мы и дома покупаем». Как живет деревня, где шьют норковые шубы и дают заработать по 1700 рублей

«Это точно Беларусь?» — удивляются все, кто первый раз попадает в Остромечево. Оно и понятно: в редкой нашей деревне увидишь дома с французскими окнами, улицы с фонарями и тротуарами и отсутствие пустующих хат. Местный «колхоз» вот уже несколько десятков лет считается одним из самых успешных в стране. Предприятие славится хорошей зарплатой, а также говядиной, молочными продуктами, яблоками и норковыми шубами.

Пять часов езды на машине из Минска — и мы оказываемся среди палисадников с зелеными туями, ухоженными газонами и необычными домами. На центральной улице — почти американские домики с крылечком прямо на тротуаре и стеклянными дверьми. Слышен лай собак и крики петухов: деревня ведет свою размеренную жизнь.

— В Остромечево нет ни одного свободного участка, а очередь на них — почти 100 человек, — встречает нас на центральной площади Жанна Горустович, заместитель директора по экономике, идеологии и кадрам «градообразующего» предприятия — ОАО «Остромечево». Жительница Бреста, она приехала сюда по распределению 20 лет назад и теперь помогает руководить коллективом в 774 человека.

— Планировкой нашей деревни в советское время занимались архитекторы. Представляете, такая должность у нас есть до сих пор, — мы идем по тихой улице с аллеей фонарей. — Архитектор решил, что не будет в деревне десятков одинаковых домов. Строили жилье по 26 различным проектам — отсюда и разные дома.

Детский сад, школа, конно-спортивная школа, гостиница, амбулатория, свой дворец культуры, несколько магазинов, прачечная, церковь — вот и вся нехитрая инфраструктура деревни.

— Конечно, хотелось бы, чтобы станцию обезжелезивания построили, а то вода не очень. Здорово, чтобы и спортивный комплекс был с различными залами и бассейном, хороший парк с амфитеатром, нормальный дом быта с постоянной парикмахерской, — мечтает Жанна Сергеевна. — Сейчас в правительстве разрабатывают проект «Деревня будущего», куда входит по одной деревне из каждой области. И Остромечево попало от Брестской. Ждем, что это нам даст. А пока хорошо, что Брест недалеко: 25 минут на машине — и ты уже в центре, возле ЦУМа гуляешь.

На одну шубку уходит от 34 шкурок и месяц работы

Жанна Горустович лихо ведет свою легковушку по деревенским дорогам. Едем к звероферме. Приходится крепко держаться, подпрыгивая на ухабах. Хозяйство занимает площадь более 11,4 тыс. гектаров и растянуто на 17 деревень. Так что от одного производства до другого бывает и по несколько десятков километров.

Снег здесь давно сошел, земля немного просохла, с первых дней марта стартовали полевые работы. На полях уже работают американская техника John Deere, немецкие комплексы Jaguar. Ну и, конечно, не обходится без белорусских тракторов.

— Вообще, чтобы вы понимали, звероводство — это не основной наш заработок, — выходит из машины Жанна Сергеевна. Мы прибыли к огороженной бетонным забором территории. За ним — еще одно ограждение и небольшие сетчатые клетки, в которых туда-сюда снуют норки.

— Да, в последнее время позиции качественных мехов на рынках теряются. Сейчас довольно сильно опустили цену китайцы, — крепко пожимает нам руку управляющий зверокомплексом Ярослав Пырский. — В чем преимущество мехов из Китая? В дешевизне. Китайцы кормят зверьков лишь бы чем — поэтому и мех у них дешевле. Питание у норки должно быть сбалансированное. Зверек же хищный. Поэтому в рацион входят мясо, субпродукты, а также витамины и другие добавки. Если этого не делать, то и качество меха будет низким.

К клеткам с норками нас не пускают — из экономических соображений. Сейчас у зверьков период гона, и посторонние запахи могут спугнуть норок — у них будет меньше щенков, а это деньги. Приплод у норок в мае, и до осени их будут растить, а потом добудут шкурки.

— Дальше шкурки выделывают у нас же и отправляют в цех пошива, — говорит управляющий.

Цех пошива — здание с решетками на окнах и пропускной системой. Оно и понятно: одна шкурка норки стоит больше 100 рублей, производство дорогое.

— Штатного дизайнера у нас нет, поэтому придумываем модели все вместе, — показывает небольшие помещения с десятком работниц старший мастер Наталья Суходольская. Она окончила Витебский технологический институт и приехала в Остромечево еще в 1980-х.

— Работа довольно тяжелая и вредная: мех зачастую может вызывать аллергию, многим даже приходится пить антигистаминные препараты, поэтому работницы часто в масках, — Наталья перебирает сцепленные между собой звериные шкурки. Для каждого цвета есть свое название: пастель (бежевая норка), сапфир (светло-серая), паламино и одна из самых дорогих — белая норка.

— На одну шубку с капюшоном нужно 34 шкурки самцов или 42 шкурки самочек. Процесс изготовления от шкурки до готового изделия занимает месяц. Шубка получается невесомой и очень теплой, — говорит Наталья Суходольская. — Стоимость вот такой белой стартует от 3500 рублей. Темные шубки стоят дешевле.

— Делаем, как правило, пальто и полупальто, исходя из потребностей среднего потребителя. А остатки уже идут на шали, шарфики, вяжем шапочки, — показывают свои изделия в цеху.

Меха и шубы из Остромечево продают в столичных ЦУМе и торговом центре «На Немиге», часть уходит в Россию.

— Писали как-то, что наши шубы даже в Италию едут. Это неправда — пока только мечты. Но, думаем, наши шубы не хуже тамошних, — рассуждают работники.

«Захотели экономить — построили свой комбикормовый цех, все просто»

— А вот сейчас увидите, на чем мы зарабатываем основные деньги, — заместитель директора везет нас к комплексу, где мычат и бодаются около 6 тыс. быков. Говядина — вот основной доход хозяйства. Мясо сдают на Брестский мясокомбинат, а оттуда — в Россию. Претензий к остромечевскому мясу у Россельхознадзора не было ни разу, поэтому ежегодно соседняя страна принимает около 4 тыс. тонн.

На территории комплекса — несколько больших, похожих на ангары зданий. Здесь растят быков. Мы проходим по резиновым коврикам со специальным раствором и попадаем внутрь. Тут стоит густой специфический запах.

— Это силосом пахнет. Сейчас рабочие кормят бычков, — бодро говорит 33-летний бригадир производственной бригады животноводов Николай Михальчик. — Корма — это самое главное. Они должны быть качественными, сбалансированными — и тогда будут привесы. У нас, к примеру, привес у бычков в прошлом году был 962 грамма в сутки. Для сравнения, самые массовые показатели по стране — 600—700 граммов.

— Чтобы удешевить корма и следить за качеством, мы решили построить собственный цех по производству комбикорма. Он у нас на треть дешевле, чем у остальных, выходит, — добавляет Жанна Сергеевна. — Мы так и на строительстве экономим: есть свой строительный комбинат. И вот сейчас будем новую ферму строить — исключительно своими силами.

— Видите, тут своя автоматизация. Корм подается сверху на специальную тележку, которая едет по проходу и рассыпает смесь. Бычки вытягивают голову и едят, а рабочие потом сметают корм ближе к ним, — объясняет Николай простую механику. — С такой технологией мы втрое сократили потребление электричества.

Николай говорит, что в город, как многие молодые люди, не сильно рвется. Мол, а что там делать?

— Отец у меня — главный зоотехник тут. Так вот и остался. Семья уже тут, участок и дом по льготному кредиту построил. Никуда отсюда не денешься, привык, — смеется парень. Правда, судя по его энтузиазму, работать в комплексе ему по душе.

«Говорят, нужно коров под музыку доить, так мы им рэп ставим»

— Вообще, зарплата на предприятии выше средней по области — по прошлому году была на уровне 700 рублей в месяц. Даже на 1—2% смогли повысить, — Жанна Сергеевна везет нас на второе стратегическое производство, на котором зарабатывает «Остромечево». — Есть механизаторы, которые и по 1300—1700 в месяц зарабатывают. А есть, конечно, и 450—500 рублей. Все зависит от того, как ты будешь работать. Возможность заработать есть у каждого. Соцпакет тоже неплохой. Стараемся обеспечить жильем. Если нужно, то просто покупаем для своих специалистов дом. Жилье переходит на баланс хозяйства, и люди могут спокойно жить там.

Одна из самых технологичных ферм хозяйства находится в деревне Яцковичи. Некоторое время назад ее аккредитовали эксперты Евросоюза как сырьевую базу для поставки на рынок ЕС. Коллектив тут небольшой — 30 человек: доярки, слесари и трактористы.

— У нас есть разные фермы, но в основном работаем при полной автоматизации на немецком оборудовании, — объясняет добродушный усатый бригадир производственной бригады в животноводстве Николай Липский. Вокруг него мычат коровы. У некоторых синие ошейники — это рекордсменки, которые в день дают больше 50 литров молока.

— Коровки со специальными чипами заходят в загончики, доярке остается только поставить доильный аппарат — и молоко поступает по молокопроводу в специальные емкости, — показывает доильный зал Николай. — Оттуда уже — в молоковозы — и на завод. Количество литров, жирность и все остальное можно увидеть на компьютере. Смотрите: вот мы видим, сколько и когда какая коровка молочка дала.

— Говорят нужно доить коров под музыку. Мол, классика лучше всего. Но мы им рэп ставим. И нам веселее, и коровкам, — хохочет Николай Владимирович. — А вообще, очень многое зависит от человека. Если доярки хорошо к коровкам относятся, то и удои больше, и молоко лучше.

Молоко «Остромечево», как оказалось, идет не на «Савушкин продукт» — самое крупное молочное предприятие. Свою продукцию они поставляют на ОАО «Брестское мороженое», которое выпускает сырки и мороженое марки «Тимоша».

— Да, сначала отдавали сырье на «Савушкин продукт», а потом решили, что выгоднее самим производить и продавать. Пару лет назад купили убыточное «Брестское мороженое», — удивляет Жанна Сергеевна. — Мы единственное сельхозпредприятие в стране, которое купило промпредприятие, а не наоборот.

По дороге обратно в Остромечево Жанна Горустович останавливается возле входа в огромный сад с низенькими яблоньками. Сад почти на 200 гектаров (около 400 футбольных полей) кажется бесконечным. Весной тут, наверное, невероятная красота.

— У нас больше 20 сортов яблок. Часть продаем в магазины Беларуси, часть — за границу. Ну, а остальное — в сок прямого отжима, без сахара, воды и других консервантов. Мы производим его уже три года и по гипермаркетам продаем.

Особая гордость остромечевцев — породистые скакуны. Недалеко от деревни есть своя конно-спортивная школа.

— Это у нас для души, — Жанна Сергеевна гладит черную лошадку из Германии. Стоит такая около $15 тыс. Всего же здесь 31 лошадь.

— У нас детки занимаются бесплатно, за счет профсоюза, даже из Бреста приезжают, — говорит тренер-инструктор школы Елена Каленкович. — У нас есть и свои спортивные достижения: на республиканских чемпионатах по конкуру (прыжки через барьеры) берем призовые места. И однажды даже попали в призеры на этапе Кубка мира.

«Мы мало работаем, в США ставка — это 60 часов в неделю»

Если спросить у любого жителя Остромечево, в чем успех их «колхоза», сразу вспомнят бывшего директора Алексея Скакуна, отработавшего тут 34 года.

— Это он реформы в девяностые проводил. Со зверофермой, яблоками и конно-спортивной школой — его идеи, — говорят в Остромечево. — Он не боялся высказывать свое мнение, решался на смелые шаги, несмотря на какие-то конфликты с управлением. Но самое главное — он подобрал команду небезразличных людей. Если видел, что человек со школы любит сельское хозяйство, то ходатайствовал о зачислении в сельхозвуз, а потом устраивал на работу.

Легендарный председатель ушел в прошлом году, после того как «Остромечево» из сельскохозяйственного производственного кооператива стало ОАО с долей государства в 53%. На свое место подготовил преемника — 45-летнего Олега Бурака, который в 1989 году пришел работать сюда простым полеводом, а потом получил высшее образование и дорос до руководителя.

— Я вот только на прошлой неделе вернулся из США: ездил для обмена опытом с тамошними фермерами из штата Висконсин, — приглашает к себе в кабинет Олег Анатольевич. На мониторе ноутбука у него идет прямая трансляция с камер видеонаблюдения в коровниках и на фермах — он в режиме реального времени видит, как идет работа. Говорит, что после установки камер люди стали более дисциплинированными.

— Знаете, меня поразили американские технологии в селекции и генетике, — вдохновенно рассказывает Олег Анатольевич. — Нам до таких надоев и урожайности пока далеко. Ну, и работоспособность: американцы работают гораздо больше, чем мы. У нас стандартная рабочая неделя составляет 40 часов, а у них — 60. Люди четко, без спешки, выполняют все технологии — и вот результат. Конечно, будем пытаться внедрять технологии и у нас. Постепенно поднимется производительность труда — а там и зарплата. Планов, в общем, у нас очень много.

Олег Бурак тоже много говорит о коллективе и о важности неравнодушных людей, как и его наставник.

— Если видишь, что у человека глаза горят на работе, — это отличный специалист, даже если пока он чего-то не знает, — объясняет председатель. — Вот я сажусь в машину, объезжаю фермы, поля, цеха и разговариваю, разговариваю. Работники часто сами подсказывают, как и где лучше сделать, как упростить или усовершенствовать. С такими людьми можно и в пустыне сад устроить, как говорил наш Алексей Степанович Скакун.

Теплицы и парники в каталоге Onliner.by

Читайте также:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: Настасья Занько. Фото: Алексей Матюшков
ОБСУЖДЕНИЕ