Расскажу вам несколько историй, которые, возможно, помогут понять, чего ждут европейские компании от своих бизнес-партнеров. И если эти ожидания не оправдываются, может возникнуть ситуация, при которой широкий поток инвестиций в одночасье оказывается обмелевшим ручейком.

В 2006 году я работал в Москве и мы подписали договор с одним из крупнейших мировых концернов по производству продуктов питания. Речь шла о кофе в пакетиках. Нас вызвал директор компании: «Ребята, в нашем договоре прописан NDA — соглашение о неразглашении конфиденциальной информации, и я впервые столкнулся с суммой штрафа, которая там указана. Я не хочу потерять квартиру в Москве, поэтому мы принимаем определенные правила по условиям, при которых может прозвучать название компании-заказчика или торговой марки, которую мы разрабатываем». Суть этих правил заключалась в том, что всем сотрудникам фирмы запрещалось обсуждать проект с родными и близкими. Мало того, если кто-то позвонит в компанию и спросит, кто занимается разработкой дизайна пакетиков для кофе, ответ должен быть однозначен: никто никогда о таком бренде не слыхивал и мы с ним никак не связаны. Никакие портфолио, наброски, скетчи не должны быть рассекречены. Срок действия соглашения — пять лет.

Китайский бизнес — притча во языцех. Экономика страны в том виде, в котором она есть сейчас, зародилась достаточно недавно. Но уже сегодня в Пекине, Гонконге, Чунцине крупные частные компании стараются работать, применяя европейские правила ведения бизнеса. Почему? Потому что в этом случае они могут рассчитывать на присутствие на рынках Германии, Франции, Италии и т. д. Не так давно группа белорусских бизнесменов посетила завод одного крупного китайского автопроизводителя. Без каких-либо NDA им показывали достаточно закрытые разработки. Вопрос «А вы не боитесь, что мы всю эту информацию растрезвоним сразу после возвращения в Минск?» вызвал неловкую паузу. «Я думаю, вы отчетливо понимаете, что в этом случае мы больше не сможем сотрудничать», — ответили китайцы.

И наконец, более близкий пример. Одна из крупнейших белорусских компаний запустила проект по ребрендингу. Проектом этим занимаются три американские компании, две из которых крупные, с мировым именем. Работа началась в прошлом году и закончится летом следующего. В таких проектах всегда существует NDA. Я не могу судить, насколько жесткими были условия на этот раз, оговаривались ли какие-либо штрафные санкции. Уверен, что в любом случае американцы указывали, что промежуточные этапы работы не должны становиться достоянием общественности.

Разумно, что детали проекта могут быть обнародованы лишь по факту завершения работы над ним. Как по-другому? С таким же успехом можно выдрать абзац из незаконченной статьи журналиста или продемонстрировать рабочие, понятные только профессионалам наброски будущего автомобиля. Обыватель практически наверняка закидает эту работу гнилыми помидорами.

Собственно это и произошло в нашем случае. Удивительным образом специалист из отдела маркетинга компании зарепостил публикацию на корпоративной странице в социальных сетях с комментарием вроде: «Так мы выглядеть точно не будем». Что достаточно недвусмысленно говорит о том, что работа коллег не понравилась.

Я могу предположить ход мыслей маркетолога: «Это же всего лишь рисунки, что тут такого?» — подумал он. И наверняка в его голове жила еще одна свойственная сотрудникам многих белорусских компаний уверенность: мы за это заплатили, поэтому делаем что хотим.

Собственно говоря, именно эти два посыла могут лишить конкурентоспособности практически любую белорусскую продукцию, в одночасье нарушить бизнес-связи, которые нарабатывались годами.

Тут стоит понять, что в практике международных агентств по дизайну, даже если отсутствует соглашение о неразглашении, все равно считается хорошим тоном содержание в тайне промежуточных вариантов работы над проектом. «Запалив» всех участников процесса, показав их незавершенную работу, маркетолог подставил сразу три иностранные компании. Как я говорил выше, никто не любит болтунов как на бытовом уровне, так и на уровне бизнеса. Большие деньги подразумевают определенную степень доверия, ведь репутация — это, по сути, главный капитал любой организации.

Позиция «мы за это заплатили, поэтому можем делать что захотим» — самая распространенная ошибка белорусских заказчиков. Друзья, вы заплатили за результат работы, и он в итоге, по окончании оговоренного срока, перейдет в вашу собственность. Если вы не придерживаетесь этих правил, можете забыть о работе с большими компаниями.

Я не верю в принцип «любой скандал работает на узнаваемость бренда». Нахрапистое, пренебрежительное отношение к работе коллег, неуважение к их праву на конфиденциальность никогда не могут являться козырем. Возможно, это пережитки рынка с невысокой конкуренцией, где заявить о себе хоть как-то — уже достижение. Беда в том, что в Европе подобные модели поведения не работают. Нас просто не поймут.

Читайте также:

• • Политолог Никита Беляев: государственные услуги слишком дороги для белорусов
• • Ученый-отшельник Дмитрий Шамович: что говорят иностранные туристы о Беларуси
• • Специалист по коммуникациям Анна Шутова: PR в блоге должен быть как Top Gear с Джереми Кларксоном