Удрать пастухом в Пиренеи: репортаж из французской глуши, до которой нам как до луны

 
378
31 июля 2015 в 16:20
Источник: Николай Козлович. Фото: Максим Малиновский

Два человека — и как будто с разных планет. Белорусский пастух Иван встает рано поутру, выбирается из своей собачьей будки и умывается росой. Иван был в Минске один раз, про Страну Басков, предгорья Пиренеев и то, что где-то там живет его антипод, пожалуй, не слышал и не задумывался. А Франсуа, пастух из Франции, вряд ли знает про Беларусь и ее жемчужные Браславские озера, где работает Иван. Летом француз спит в небольшом домике с кондиционером и Wi-Fi, присматривает за овцами и ведет пастуший блог. И Иван, и Франсуа по-своему счастливы, но масштабы этого счастья отражают пропасть между тем, как существуем мы, и тем, как живут они. О сырной дороге и бойких французских фермерах, способных ковать свое благополучие нам на зависть, — в фоторепортаже Onliner.by.

Баски живут не только в Испании, но и во Франции, называя свой регион Iparralde («Северная страна»). Здесь лениво мечтают об автономии, устраивают бычьи бега, говорят на двух языках (французском и баскском), не знают английского и обожают хамон.

Порядка во французской части Страны Басков больше, чем в испанской. Некоторое время назад ассоциация местных фермеров разработала маршрут, на который мы берем курс, выезжая из Биаррица. Поворот налево, поворот направо, Бискайский залив остается за спиной, а впереди — десятки километров извилистых тропинок, названных сырной дорогой Оссо-Ирати.

Во Франции обожают устраивать сельскохозяйственно-туристические маршруты, «нанизывая» на них фермы различной величины и специализации. Здесь есть винные дороги и тропы сидра, дороги кальвадоса и устричные пути. Дорога, посвященная овечьему сыру, объединяет более 80 частных хозяйств, проходит в местах удивительной красоты, где люди и природа веками живут в гармонии и, как кажется на первый взгляд, не знают бед.

Вы можете ехать в каком угодно направлении, любуясь отдыхающими на склонах холмов коровами, выглядящими довольно, сыто и независимо. Можете стоять на обзорной площадке и наблюдать шоу: вот сторожевой пес наводит порядок в отаре, выстраивает сотню суетливых овечек в строй, направляет их туда, куда укажет хозяин. А там, чуть выше, в 500 метрах над уровнем моря пастух ведет стадо к спрятанному в камнях ярко-зеленому лугу. Где  душистые травы, кристально чистый воздух и тишина.

В горах много парапланеристов. Повсюду обустроены кемпинги. Дома на колесах плетутся по серпантинам один за другим. Туристы — из других регионов Франции, из разных стран — приезжают на сырную дорогу в глуши Страны Басков для того, чтобы утолить свои гастрономические аппетиты и пообщаться с фермерами, узнав секреты их мастерства.

* * *

Француз Жан-Клод держит с супругой ферму, которая называется Agerria. Ферма расположена в нескольких километрах от пещеры, зовущейся «Волчий рай». Жан-Клод занимается сельским хозяйством давно и успешно, но, как и любой местный предприниматель, не сменил потертые шорты на смокинг и дорогой костюм, а вкалывает наравне со всеми, даже больше всех. У него семейный бизнес, дочь и жена работают здесь же. Главный на ферме (помимо Жан-Клода) — шустрый пес по кличке Друг.

Каждый день Жан-Клод устраивает для гостей фермы часовые экскурсии. На стареньких автомобилях, которые у нас назвали бы машинами для нищих, к «Агеррии» подъезжают французские семьи. Кто-то приехал, чтобы показать животных детям. Большинство — чтобы познакомиться с фермером лично, купить продукции на пробу, а если понравится — сделать Жан-Клода своим постоянным поставщиком. Понимая важность миссии, хозяин старается, рассказывая и показывая, чем горд и чего достиг.

У фермера 27 гектаров обрабатываемых земель. Он выращивает кукурузу и ячмень, разводит свиней, овец, гусей, производит салями и чоризо, а также паштеты, хамон и сыр.

Жан-Клод ведет нас к загону, где живут «черные сороки» — свиньи баскской породы Pie Noir, — попутно рассказывая о них:

— Баскская порода свиней является одной из старейших в Европе. Это наше сельскохозяйственное наследие, наша гордость, оказавшая влияние на историю региона. Начиная с XII века разведение свиней обеспечило экономический рост наших земель. А потом мы чуть не потеряли породу. В 1981 году министерство сельского хозяйства объявило, что она находится под угрозой исчезновения. Спасла ситуацию горстка фермеров при поддержке Института свиноводства. Была создана специальная ассоциация. Баскских свиней удалось сохранить, и теперь каждый год здесь рождается больше 2000 поросят.

Хозяин фермы похлопывает хрюшек по бокам: 15 месяцев они будут жить счастливо, как королевы, а потом уедут на грузовике в городок Сен-Жан-Пье-де-Порт.

— Мы покупаем поросят весом в 30 килограммов и выращиваем их до веса в 130—150 килограммов, — продолжает Жан-Клод. — Свиньи пасутся на пастбищах. В теории максимальная нагрузка — 40 животных на гектар, хотя на практике им живется гораздо вольнее. Они предпочитают питаться травой, корнями папоротника, каштанами, желудями. Основная часть рациона состоит из зерновых культур и белка, при этом мы не используем корма с содержанием ГМО! Вечером даем свиньям сыворотку, которую получаем в процессе изготовления сыра.

Практически все время для свиней организован свободный выпас. И только в конце жизненного пути животных загоняют в загон.

Жан-Клод поясняет, что свою бойню держать невыгодно. Практически все заводчики отвозят свиней в соседний городок, где процесс налажен давно и профессионально. Те, кто желает самостоятельно производить ветчину, забирают туши обратно. Некоторые забирают деньги и едут покупать новых поросят.

Мы же идем дальше. Овчарня: Жан-Клод держит породу рыжеголовых овец. Он говорит, что большинство настоящих пиренейских овечьих сыров Оссо-Ирати делают по устоявшимся на протяжении многих лет канонам, закрепленным стандартами и собственным контролируемым именованием происхождения.

Процесс включает несколько основных стадий. Овцы пасутся на лугах, дышат свежим воздухом, доят их два раза в день с декабря по август. Для приготовления сыра используют только сырое молоко. Створоженную массу не нагревают, а прессуют, помещая в специальные формы. Получается плотная однородная текстура. На финальном этапе круги смачивают раствором из воды и соли, а потом отправляют на сушку-созревание в подвалы при температуре 12 градусов. Здесь, по словам хозяина фермы, начинается самый ответственный этап. Каждую неделю сыр моют, чистят, контролируя процесс старения, варьируя его, получая в результате различные ароматы и вкусы. Для общего результата важны в первую очередь опыт и технология, уверяет Жан-Клод, а не оборудование, которое вторично.

Ферма этого француза, думаем мы, действительно напрашивается на модернизацию. Но здесь, пожалуй, такими терминами не оперируют. Не прилизано, не причесано, металл на доильном аппарате не блестит? Плевать! Не в блеске счастье, думает Жан-Клод.

Продает свой круглый сыр он по круглой цене. Но, приняв участие в дегустации, собравшиеся граждане берут его килограммами. Фермер доволен: значит, день прошел не зря. Вполне вероятно, он нашел своих новых постоянных покупателей. Они ему жизненно необходимы, чтобы оплачивать труд 10 наемных рабочих и готовить подушку безопасности на черный день. Впрочем, о деньгах Жан-Клод рассуждает неохотно.

— Профессия фермера для нас, местных жителей, — это образ жизни. Это страсть. Это будущее моих детей, — пафосно, но, пожалуй, честно говорит на прощание он.

* * *

Эти ребята, которые говорят про страсть, живут простой жизнью без выпендрежа. Деревни и городки в этой части Франции лишены пестроты, вычурности, дома здесь напоминают не пряники с загогулинами, а валуны, холмы. Простая архитектура: белые стены, красная черепица. Узкие улочки, старики на лавках, уютные ресторанчики с деревянными столами и стульями. На фермах — бесплатный Wi-Fi. Наверное, примерно так должна выглядеть сельскохозяйственная глубинка в мечтах белорусских чиновников, если они еще мечтают о чем-то.

Французские мечты реализовывались века назад, когда была заложена основа частного земледелия. Сейчас успех бизнеса местных фермеров во многом зависит от их сплоченности. В одиночку не выживешь — именно поэтому они объединяются в кооперативы, разделяют обязанности, не замахиваясь на полный цикл производства той же ветчины, а участвуя на различных его стадиях. Помощь фермерам (да хотя бы в туризме) оказывает местная ассоциация. Фермеры не упустили момент и вовремя вышли в интернет.

Все они есть в сети: имена, фамилии, фотографии, телефонные номера и непременно адреса, где можно купить продукцию. Фермеры улыбаются вам из монитора, как бы показывая: парень, купи этот сыр у меня, я свой, я надежный, посмотри, как я счастлив в своей страсти к работе!

— Мы уехали из Парижа 30 лет назад, устав от крупного города, купили заброшенную ферму, стадо овец — и сразу же нашли себя, — описывают свой бизнес некто Жанна и Иосиф.

— Мы начинали со старенького сарая, очистили вручную 3 гектара болота от осоки — и вот недавно произвели свой первый сыр, — еще одна история от совсем молодых, судя по фото, Мари-Жозе и Хаби.

Некоторые ведут летопись своей фермы с седых веков. «Наша семья занимается сельским хозяйством с 1768 года», — рассказывают владельцы фермы Enautenea. Если в стране сохраняется преемственность поколений, которые занимаются сельским хозяйством, то с престижем все будет хорошо.

Низовое звено всей системы (в нашем понимании) — пастухи — здесь ведут свои блоги, имеют аккаунты в соцсетях, приглашают за умеренную плату пожить с ними в горах.

Пастух во Франции — это часто не просто профессионал, который знает, как присматривать за животными, но и по совместительству владелец стада. Один из этих парней - популярный блогер

На пастуха обучают в сельскохозяйственных школах, а ежегодно в стране проводят конкурсы, выбирая лучших в профессии.

Если верить местной прессе, то в зависимости от фермы, в которой будешь работать, специалисты получают от €500 до €2000. Центральные французские газеты не стесняются заголовков наподобие «Пастух — профессия, у которой всегда будет будущее».

Когда ты в Пиренеях, ты в это веришь. Ты даже хочешь остаться там навсегда, чтобы выучиться на пастуха. И дышать остаток жизни чистым горным воздухом, читать по вечерам газету, сидя с бокалом вина в кресле-качалке, наслаждаясь покоем и думая о вечном.

Адель, лучшая молодая пастушка Франции в 2015 году
Распространенный способ популяризации профессии — выпуск тематических и не совсем стандартных календарей

* * *

А может, французская сельскохозяйственная идиллия — это плод нашего воображения? Ведь фермеры вынуждены диверсифицировать свой бизнес, попутно заниматься туризмом, сдавать жилье, чтобы увеличить доход. Проблем у них хватает.

Французы недовольны российскими санкциями, а вернее тем, что государство не смогло компенсировать им потери и обеспечить другие рынки сбыта. Те, кто сдает молоко, недовольны низкими закупочными ценами. У фермеров жесткое противостояние с торговыми сетями, которые они обвиняют в отсутствии патриотизма. «Купляйце французскае», пишут они на своих листовках, упрекая торговлю в том, что она завозит более дешевую, но менее качественную еду из соседних стран. Фермеры считают, что они делают классный натурпродукт, строго соблюдая стандарты, и именно поэтому не могут конкурировать с бюджетным продуктовым масс-маркетом за место на полке.

Протесты оборачиваются масштабными акциями. Где-то фермеры забаррикадировали дороги, а недавно привезли к ряду гипермаркетов телеги с навозом, выгрузив прямо у входа. Эти ребята, которые говорят про страсть к своей работе, и за свое благополучие готовы бороться страстно.

* * *

— Колхоз — это зло. Только частник может добиться успеха,повторяет избитую истину один из самых успешных белорусских фермеров, побывавший во Франции, Германии, других странах, где сельское хозяйство при всех трудностях, проблемах, акциях, протестах не воспринимается обществом в качестве зияющей ямы-могилы, попав куда однажды, больше не выберешься, будешь гнить заживо.

Но избитые истины в наших краях не работают. Нетрудно догадаться, почему. Ведь если наш французский знакомец-частник Жан-Клод почувствует, что жить ему становится невмоготу, он не будет сидеть на месте. Загрузит в свой воз кучу го-на и покажет государству и монополистам-сетевикам, что о них думает. Не испугается! А им придется прислушаться.

«Выпускник» белорусского колхоза пастух Иван, спрятав в матрасе своей будки получку в €100, горячиться не будет никогда. Обидят его, скажет тихо: «Как есць, так есць» — и продолжит жить так же, как и живет. Никто его даже не услышит.

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Вам будет интересно:

Источник: Николай Козлович. Фото: Максим Малиновский
ОБСУЖДЕНИЕ