Чтобы понять, какой мегаполис пресный, а какой живой, достаточно слетать в любой европейский город и в тот же день вернуться домой. Вот, например, Милан. Ранее утро, в районе аэропорта Бергамо пробка. Практически одновременно вылетают и прилетают десятки рейсов. Афроамериканцы, индусы, немецкие старики в панамах, выводок китайцев — все куда-то спешат. Это море людей выливается на улицы города, делает его по-хорошему сумасшедшим, сумбурным, живым. Примерно то же самое, пускай и в уменьшенном в десятки раз масштабе, мы с удивлением обнаружили год назад в Минске.

По Немиге фланировали толпы шумных слегка нетрезвых людей в одежде всех цветов радуги. Ребята-спортсмены на проспекте Победителей кувыркались на ковриках, и их не забирали в «опорку». В центре стояли столы, на столах пенилось пиво. Улицы пропахли ароматами шашлыка. Город засыпал не в 21:00, а за полночь, он перестал бояться громкой музыки, не вздрагивал, словно отшельник, от яркого света и большого количества людей. Примерно как на рубеже 2000-х, когда в день рождения Минска делали пешеходным участок проспекта от цирка до ГУМа, а праздники были семейно-молодежными, а не пенсионно-патриархальными. В мае 2014-го будто кто-то снова нажал рычажок, позволив городу посумасбродить.

Те, кто постарше, вспомнил: Минск принадлежит нам, а не градоначальнику Ладутько, милиции или кому-либо еще. Те, кто повзрослел позже, с удивлением обнаружили, какой бодрящей может быть атмосфера свободы. Оценку «пять» хоккейный чемпионат получил заслуженно: так решил народ, а не организаторы, что у нас редкость.

Чиновники были довольны цифрами. На трибунах «Минск-Арены» и «Чижовка-Арены» побывало более 640 тыс. человек, это стало рекордом. На чемпионате Беларусь заработала более €14 млн, получила хорошую критику в зарубежной прессе. «Нам надо использовать этот опыт, чтобы привлекать в Минск еще больше туристов», — говорили тогда трибуны с трибун. Визовый вопрос, правда, так и не упростили — то, что слова уйдут с трибун в трубу, было понятно сразу.

Катализатором для бурного развития туризма чемпионат, очевидно, не стал. Но что тогда он изменил, кроме нашего представления о городе, в котором живем? Изменил ситуацию с гостиницами и хостелами. Пускай они и стоят полупустыми, цены сбрасывать не хотят, но по крайне мере у тех самых приезжающих сюда «поштучных» туристов появился выбор. Изменил ситуацию с общепитом. Именно под чемпионат впервые начали массово открывать пабы, кафешки, бары. Сегодня уже нельзя сказать, что в Минске негде поесть. Пять лет назад мы говорили об этом с тоской.

Сразу после того, как веселое минское сумасшествие закончилось, тогда еще вице-премьер Тозик сформулировал еще один неожиданный плюс большого хоккея: «Чемпионат мира оказал огромное воздействие на нашу молодежь с точки зрения ее патриотического воспитания, у молодых людей изменилось отношение к государственной символике, поэтому надо внести предложение о расширении использования госсимволики и государственного флага».

Связь праздника с символикой мало кто проследил, да и предложение затерялось в череде остальных. Впрочем, вскоре депутаты внесли поправки в закон о госсимволах, обязав мужчин снимать головной убор при официальном исполнении гимна.

У Тозика были и еще идеи о том, как использовать опыт ЧМ. В дни турнира в «зонах гостеприимства» ежедневно продавали более 300 кг драников со сметаной. И Тозик повелел: «В дальнейшем надо более широко внедрять в систему общепита белорусские блюда, создавать сети ресторанов национальной кухни. Дни чемпионата показали, что надо идти по этому пути».

По пути никто не пошел, и только Александр Лукашенко повторил эту мысль недавно: мол, национальную кухню надо развивать. До этого, правда, нужно разобраться с тунеядцами и решить кучу других дел…

Еще о словах. Нам, горожанам, чиновники пообещали сохранить «зоны гостеприимства» (хотя хотелось, чтобы гостеприимными и богатыми на активность стали целые кварталы, а не только Верхний город по выходным). Загончик на проспекте Победителей действительно оставили. Только вся атмосфера оттуда сразу вышла, громко пшикнув. Минувшим летом минчане просили городские власти организовать в «зоне гостеприимства» трансляции матчей чемпионата мира по футболу. Писали петиции, но ничего толком не добились. Поставить экраны не проблема, говорили спецы, но кто заплатит милиции, которая будет охранять покой отдыхающих? Такой вот аргумент…

И вот сейчас, вспоминая те две с небольшим невероятные недели, я прихожу к выводу, что чемпионат оставил нам в наследство лишь ностальгию. Год назад казалось, что самое громкое спортивное событие в истории страны действительно повлияет на ее шестеренки, на внутренние механизмы, что город закреативит-заискрит. Появилась шальная надежда, что мы, вечные нытики, перестанем с негативом сравнивать свою столицу с Вильнюсом и Варшавой, а скажем: у нас лучше, у нас свобода, у нас шумно, а каждый день то концерт, то шоу, то пир на весь мир! Каждый день — чемпионат! Но кто-то опять щелкнул тумблером, переключив город в привычный сонно-будничный режим с локальными зонами — вспышками счастья.

Мне кажется, я знаю, почему так происходит. Год назад Беларусь сильно хотела удивить мир — вот как на выставке «Экспо» домиком хоббитов с бесплатным Wi-Fi. Задача удивить собственных граждан все еще не стоит. Чиновники говорят, что всерьез рассчитывают на проведение хоккейного чемпионата мира в 2021 году. Если повезет, через шесть лет Минск снова будет образцово-веселым и сумасшедшим. Дней на 14. Или на 15.

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. vv@onliner.by