В начале года мы съездили в Смоленск. Тогда еще российский рубль тихонько покашливал, демонстрируя симптомы ОРВИ. Ощущения исключительно субъективные: гуляя по красивому городу, я погружался в бездну-безнадегу. Мое лицо поменяло цвет и стало серым, как асфальт, а на спине вырос третий глаз. Адаптация организма — чтобы успеть убежать, если вот тот пьяный детина не просто просил закурить, а с умыслом. Разбитые тротуары, трухлявые дворы, лихачи-камикадзе, базар с котиками, буденовками и плакатами про автомат и лучшую жизнь — вот такой он, восточный колорит. А люди добрые и отзывчивые. Не покалечил ведь маршрутчик, у которого невинно спросили про белорусских шоп-туристов, а просто пригрозил кулаком.

Мы были счастливы, когда пересекли несуществующую (пока?) госграницу, проехав деревню Курган. Сразу за этим курганом былой великодержавной славы стало и тепло, и приятно, и зелено на полях, и чисто-образцово. Все это 1000 раз описано в отзывах российских туристов, приезжающих в наши края, особенно в первый раз. Но дилемма всегда стоит так: сравнивать можно или с конфетой, или с го-м. Все зависит от цели. И от амбиций.

Про Смоленщину я вспомнил, вспомню и про Клебур. Эта правильная французская деревенька стоит у подножия Вогезов. Там выращивают виноград, крестьяне живут в простеньких ухоженных домиках, не жируют, не бедствуют. Местные граждане плывут на улицах с чувством собственного достоинства и тем лоском, который у нас 100 лет подряд называют, кривясь, капитализмом. Это все общие слова, а запомнилась ярко одна деталь: на поле, где росли яблочные деревья, мужик собирал урожай, стоя на каких-то автоматизированных ходулях.

Клебур и Смоленск не связаны друг с другом никак. Живущие там не подозревают о существовании друг друга. Два населенных пункта, крохотный и крупный, пересеклись в этом тексте абсолютно случайно — как путевые точки двух журналистских командировок. Или, если угодно, как ориентиры. Так вот, на какой из них равняться маленькой транзитной стране? Какой выбрать точкой отсчета для сравнения?

Президент Беларуси, справедливо возмущенный очередной реинкарнацией торговых войн, теперь уже на уровне ТС, на днях сравнил: «Если поставить вопрос о том, какие же все-таки товары безопаснее, белорусские или российские, это вызовет просто смех не только в Беларуси, но и у любого россиянина. Потому что в Российской Федерации, пусть на меня не обижаются, на полвека отстали от Беларуси в плане безопасности товаров».

Тут не поспоришь. С преступностью, коррупцией, медициной, да даже образованием у нас дела лучше, чем в Федерации. Но я вспоминаю Смоленск и Клебур и понимаю, что мне эти мнимые победы над лучшим другом-лузером безразличны. Ведь мы еще и впереди Эфиопии по уровню жизни. На порядок лучше Гвинеи и Узбекистана. А девальвация у нас не такая, как в Зимбабве.

Если смотреть назад, окажется, что мы многих обогнали, и это действительно правда. Многие еще расшнуровывают лапти, а у нас «БелКА» в космосе, шкварка в чарке, стабильно. Пока оглядываемся и радуемся, правда, ракета-Клебур улетает к звездам, и даже Вильнюс с Белостоком выходят в стратосферу.

Я все это к чему. В новостных архивах за последние три года попытался найти высказывания белорусских чиновников, в которых они хотя бы намекнули, что мы в чем-то отстаем, хотя бы от ближайших соседей с запада, что есть куда идти. Хотя бы в мелочах — про крупности понятно, что не могут говорить. Ничего. Маленькая транзитная страна на западные маяки не смотрит, сила исторической привычки и сырьевой допинг уводят взор на восток. Выгодно сравнивать с отстающими.

Недавно говорили с коллегой — литовским журналистом. Узнал, что Литва сейчас равняется на Швецию. Тоже хотят построить так называемый шведский социализм. Догнать Швецию собираются лет за 20. Вряд ли получится, но за программу-максимум можно похвалить — точно не свернут шею, оглядываясь назад.