Говорят, что еще в четверг, за два дня до случившегося, в районе улицы Гая некий мужчина появлялся в детском саду с ножом в руках. Мне удалось поговорить с участником форума Onliner.by, чей ребенок ходит как раз в этот детсад. Он обратил внимание на множество совпадений: и у водителя Audi, и у мужчины с ножом — трехлетний сын и десятилетняя дочь, имена детей, улица, на которой они живут, даже марка машины совпадают. «На следующий день после случившегося нам звонила супруга этого мужчины с ножом, извинялась за него, объясняла, что это единичный случай и вызвано работой», — рассказал мой собеседник.

На данный момент неоспоримо одно: водитель Audi A8 находился в психоэмоциональном состоянии, при котором недопустимо управлять автомобилем. Если бы в таком положении он попытался пройти медкомиссию, то ему бы явно отказали в выдаче водительской справки. Его бы вообще, скорее всего, госпитализировали до выяснения. Но мужчина оказался не на больничной койке, а на водительском сиденье мощного седана, который превратился в убийственный снаряд. Не оказалось рядом того, кто мог бы остановить.

Вопрос, можно ли было предупредить трагедию на улице Гая? Уверен, что да. Не просто так мужик в трусах и майке садится за руль. Этому предшествует некая предыстория, есть разумное объяснение асоциального поведения. А если сопоставить слова соседей, то можно сделать вывод: предыстория была громкая и семейная, и накалялась она явно не один день. Почему же не пытались предотвратить с помощью посторонних сил? Никто не хотел выносить ссоры за порог квартиры? Боялись осуждения? Ярлыка «неблагополучная»? Разборок с милицией?

Это в сводках в качестве причины ДТП обычно указывают «превышение скорости» или «нарушение правил обгона». Однако практически у любой аварии есть социальные предпосылки, о которых вслух редко говорят и которые к уголовному делу отношения как бы не имеют. Лишь изредка о них становится известно. Пару лет назад в Толочинском районе лоб в лоб столкнулись Volkswagen и Peugeot. Оказалось, что автомобилями управляли муж и жена. Назвать это случайностью язык не поворачивается: сначала они вместе отдыхали, а потом разъехались, но супруга заподозрила мужчину в измене и решила от избытка чувств то ли проверить алиби, то ли протаранить машину благоверного.

Почему-то считается, что, садясь в автомобиль, человек становится нейтральным, обезличенным роботом-водителем. Но он продолжает за рулем переживать эмоции — позитивные или негативные. От этого зависят его стиль управления, реакция и внимание. Эксперты считают: управление машиной в состоянии сильного стресса сопоставимо с пьяным вождением. В таком состоянии человек не то что на знаки не смотрит, вообще не отдает отчета в своих действиях.

Кто в таком случае его может остановить? ГАИ? Так какие к нему претензии у инспектора: взволнован водитель, ну и что из того? Кто как ни семья знает о состоянии близкого человека, который, стремясь снять стресс, убегает ко всегда послушному автомобилю? Небось еще уговаривают: «За руль в таком состоянии садиться нельзя!» Но о-о-очень редко кто предпринимает конкретные действия.

Вспоминается недавний случай в Минске. Родителям, приехавшим на место гибели сына, который взял чужой автомобиль и врезался в столб, друзья парня объясняли: «Ну вы же знаете, как он любил скорость. В курсе, сколько у него было штрафов». Знали, были в курсе, возможно отговаривали. И что — кто-нибудь из них пытался остановить? Как же молодой человек тогда оказался за рулем чужой машины? Кого винить?

Кстати, часто семейная ссора и последующее вождение сопряжены с употреблением спиртного. И опять-таки редко семейные звонят в милицию. Как это, я настучу на любимого? А что ему будет — оштрафуют, заберут права, автомобиль? Страх административного воздействия, как правило, оказывается выше благородных порывов. Три года назад на МКАД в аварию попал Peugeot 406. Водитель и пассажирка погибли. Оказалось, мужчина был пьян, поссорился с женой и доехал до Минска из Червенского района, захватив случайную попутчицу. В этой ситуации был как минимум один человек, который знал и мог предотвратить ДТП.

Да, конечно, нужно создать удобный механизм оповещения о водителях, находящихся в неадекватном состоянии. Можно было бы хотя бы в качестве эксперимента организовать «горячий телефон» с коротким номером и соответствующим образом проинструктировать личный состав (общение с не отдающими себе отчета водителями требует специальной психологической подготовки). Не исключено, будут ложные звонки, не подтвердившиеся, но большинство — по факту. Уверен, это позволило бы предотвратить множество происшествий, в которых страдают посторонние люди. Однако главное слово — за близкими людьми. Конечно, если им не безразличен родной человек.